Самуил Ходоров - Русский акцент

– Значит так, дамы и господа, сейчас состоится торжественный ужин в честь высокопоставленных гостей из затерянного в пустыне городка под названием Беер-Шева. Ночёвка также включена в предоставленный сервис.

Когда Борис услышал слова своего друга, он от неожиданности нажал на педаль тормоза, создав при этом небезопасную ситуацию для машины, следующей за ним. Придя в себя, он возмущённо промолвил:

– Саня, ты в своём уме! Какая к чёртовой матери ночёвка? У меня завтра первый рабочий день на новой работе. Мне надо привести себя в порядок, переодеться.

– Да и у нас девочки сами остались дома, я очень беспокоюсь за них, – вторила ему Татьяна.

– Слушай меня внимательно, дорогой Борис Абрамович, – менторским голосом повелел Саша, – сейчас мои бесценные и противоударные часы «Командирские» показывают девять часов вечера. До своей легендарной Беер-Шевы тебе ехать минимум два часа и это только для того, чтобы завтра уже в шесть утра выехать оттуда в Тель-Авив. И это вместо того, чтобы нормально выспаться в славном городе Натания и после приличного завтрака, которым тебя накормит моя жена, в течение получаса добраться до Тель-Авива.

– Боря, ты знаешь, это логично, – неожиданно поддержала Александра Татьяна, – дело в том, что как раз завтра у меня занятия в тель-авивской больнице «Ихилов», которая находится совсем недалеко от места твоей будущей работы. Вот мы вместе и доедем до пункта назначения, а вечером вернёмся в Беер-Шеву.

– Да ещё и вдобавок и меня подвезёте, – обрадовался Саша, – я ведь работаю в Герцлии, это перед самым въездом в Тель-Авив.

Уже через четверть часа экс московские друзья сидели за столом, который в спешном порядке сервировала Сашина жена Инна. Они познакомились во время учёбы в Московском институте физкультуры. Саша был мастером спорта по вольной борьбе. Его лучший результат – бронзовая медаль на чемпионате СССР. Перед отъездом в Израиль он был старшим тренером спортивного общества «Локомотив». Инна, мастер спорта по художественной гимнастике, как и её муж, была бронзовым призёром Спартакиады народов СССР, работала главным тренером одной из столичных детских спортивных школ. Их старшая дочка Леночка довольно серьёзно занималась спортивной гимнастикой, в свои 12 лет ещё в Москве выполнила норматив первого разряда. Поистине, как и в телевизионной программе, получалось «Папа, мама, я – спортивная семья». Александру, как и Борису, уже исполнилось сорок четыре года, а Инна две недели назад отметила свой тридцать девятый день рождения. Возраст у супругов был далеко не преклонный, но быть в новом отечестве действующими спортсменами не позволял. История поисков работы очередной раз доказывала, что женщины действуют гораздо рациональнее мужчин, отыскивая кратчайшую линию для достижения цели. Инна довольно быстро освоила основы иврита и уже через три месяца поступила на тренерские курсы в израильском институте спорта имени Вингейта, параллельно подтвердив степень магистра по физической культуре, полученной в Москве. Результат не преминул сказаться: уже через год Инна тренировала юных гимнасток в секции при муниципалитете Натании и работала инструктором в тренажёрном зале, являясь при этом основным финансовым добытчиком в семье. Её муж Саша умел хорошо бороться на ковре, но борьба в достижении жизненных ценностей получалась у него менее успешно. Вероятно, поэтому вместо тренерских лавров он добился рабочего места в мясном отделе огромного супермаркета, где работал под руководством старожила, родственника жены, дяди Изи, приехавшего в Израиль ещё в семидесятые годы из молдавского города Бельцы. Если в Бельцах, да и в самой столице должность мясника считалась не только доходной, а и даже в какой-то степени престижной, то в Израиле специалист по рубке мяса входил в когорту обычных продавцов торгового сервиса. В любом случае Александр сохранял здоровый оптимизм, мечтая тренировать сборную команду Израиля по борьбе, не прилагая, однако, для достижения этого никаких заметных усилий. Тем временем обозначенные усилия приложила Инна для приготовления ужина для гостей. Она весело прощебетала:

– Сегодня, друзья, венцом моей домашней заготовки является блюдо израильской кухни под названием «меурав йерушалми», что в вольном переводе с иврита означает «иерусалимская сборная солянка».

Борис взглядом гурмана, каковым, на самом деле, он не являлся, окинул накрытый стол, но ничего кроме традиционной, ставшей для него привычной, средиземноморской еды не заметил. На столе прелестно сочетались хумус и фалафель, тхина и шаурма, соления и соусы на фоне радужной палитры овощей, бобовых и обилия различной зелени, приправленной оливковым маслом. Он на секунду приостановил Инну, хаотично суетившуюся вокруг стола, и без назидания в голосе промолвил: