Маркус Зузак - Я – посланник

– Эй ты! – кричит он. – Ты там стоишь, а я все вижу! Очень хорошо тебя вижу!

Бежит он быстро, как носорог.

– Выходи из кустов быстро, ты, хитрое лицо!

Голос у него тихий и даже приятный – чувствуется, что парень не привык его повышать. Хотя с такими размерами ему и кричать-то не нужно – все разбегутся.

Но я не бегу. Стою на месте и успокаиваю себя: «Не волнуйся, Эд. Наверняка это часть задания».

Солнце садится за крышей дома, а мне приходится выйти из кустов. Я оказываюсь лицом к лицу с огромным, кудрявым, угрожающе выглядящим темнокожим мужчиной.

– Ты шпионишь за моими детьми?!

– Нет, сэр, – вскидываю я подбородок.

Нужно выглядеть уверенным в себе, честным малым.

«А в чем, собственно, дело? – поправляю я себя. – Где тут ложь?» Хм, нуда, это не ложь, а почти правда, ага…

– Так чего ты тут околачиваешься?

Остается врать, честно глядя в глаза, и надеяться, что парень поверит.

– Видите ли, сэр. Когда-то давно моя семья жила в этом доме…

«Отлично, – думаю я про себя. – Растешь над собой, Эд Кеннеди, врешь людям, не моргнув глазом».

– В общем, мы жили здесь давным-давно, много лет назад, – а потом переехали. И я время от времени сюда прихожу вспомнить детские годы и все такое.

«Господи, – молю я про себя, – сделай так, чтобы эта семья переехала сюда недавно».

– Папа мой недавно умер, и я прихожу, чтобы вспомнить, как мы с ним играли на лужайке. Я смотрю на вас, сэр, как вы своих детишек подкидываете и на плечи сажаете, и вспоминаю папу…

Лицо моего собеседника смягчается.

Ну и слава богу…

Человек подходит ко мне поближе. Солнце опускается на четвереньки у него за спиной.

– Дом старый, плохой, совсем развалюха, – машет он рукой в сторону своего жилища. – Но денег на другой пока нет…

– А мне кажется, нормальный дом, – улыбаюсь я в ответ.

Так мы беседуем еще некоторое время, а потом мой собеседник делает кое-что неожиданное. Он отступает на шаг, на мгновение задумывается и огорошивает меня предложением:

– Слушай, а может, зайдешь? На ужин! Мы будем рады.

Внутри меня все кричит: «Эд, откажись! Провалишь легенду!» Но я принимаю приглашение. Почему? Доставляя послание, нельзя искать легких путей.

И мы идем к крыльцу и заходим в дом. Прежде чем переступить порог, человек оборачивается и говорит:

– Меня зовут Луа. Луа Татупу.

– А меня – Эд Кеннеди, – отвечаю я, и мы пожимаем друг другу руки.

Точнее, огромная лапища Луа смыкается на моей ладони и не оставляет в ней ни одной целой кости.

– Мари? – зовет он. – Дети?

Луа оборачивается ко мне:

– Ну что, многое поменялось?

– А? – Тут я вспоминаю свою легенду. – Да нет, нет, все как прежде!

Тут из дверей вываливаются дети и начинают карабкаться по мне, как по дереву. Луа представляет меня жене и малышам. На ужин у них картофельное пюре с сосисками.

Мы едим, а Луа рассказывает анекдоты. Дети хохочут, хотя Мари клянется, что все анекдоты бородатые и они слышали их уже тысячу раз. Жена Луа выглядит не очень – морщины под глазами, измученный вид. Ей нелегко: работа (продавщица в супермаркете), дети, готовка, уборка… Кожа у нее светлее, чем у Луа. А волосы такие же темно-коричневые и кудрявые. Когда-то она была очень красивой.

У них пятеро детей. Естественно, они все разом болтают за едой, несмотря на увещевания мамы. И хохочут, хохочут. У них такие счастливые глаза, что становится понятно – вот почему Луа так любит и балует их.

– А можно, Эд покатает меня на спине, пап? – спрашивает одна из девочек.

Я киваю, и Луа говорит:

– Конечно, милая. Но ты забыла про волшебное слово!

Тони, брат отца О’Райли, говорил точно так же.

Девчушка стукает себя ладошкой по лбу, улыбается и восклицает:

– Пожалуйста! Пожалуйста, пусть Эд покатает меня на спине!

– Конечно! – улыбается в ответ Луа.

Дети успевают прокатиться тринадцать раз, – потом меня спасает Мари. Самый младший ни за что не желает слезать, но жена Луа снимает его с моей спины:

– Джесси, Эд очень устал!

– Нула-а-адно.

Джесси милостиво слезает, и я со вздохом облегчения валюсь на диван.

Джесси лет шесть. Пока я лежу на диване, он шепчет мне на ухо – как выясняется, ответ на мой главный вопрос.

– Папа скоро повесит рождественскую гирлянду! Ты придешь посмотреть? Там лампочки разноцветные! Очень красивые, правда!

– Конечно приду, – обещаю я.

Оглядывая комнату, я уже почти сам верю, что когда-то жил здесь. Вот здесь мы с папой сидели, а вот тут обедали…