Михаил Самарский - Роман со счастливым концом

– Угу! – закивали оба, а Акробат спросил: – А чья хата? Твоя?

– На месте объясню, – сказал Брамс и повторил: – Идите за мной.

Николай, поздоровался с коллегами Брамса, даже не поведя бровью. Зато у коллег глаза полезли на лоб, когда водитель прощался с их товарищем.

– Осип Емельянович, – спросил Николай, – на сегодня я вам не понадоблюсь?

– Нет, спасибо, Коля, – можешь отдыхать.

– Завтра во сколько? – поинтересовался водитель.

– Я позвоню, – сказал Брамс.

В лифте Акробат не выдержал и почему-то шёпотом сказал:

– Ё-моё, Ёся, мы вместе прожили около двух лет, а я только сейчас узнал, что ты, оказывается, Емельянович. С ума сойти!

Дед Акын хмыкнул:

– Я всегда знал, что Ёся – великий человек.

– Точно! – согласился Митя.

– Ну, ребята, прекратите, – рассмеялся Осип, – уже в великие записали.

Войдя в квартиру, Брамс объявил:

– Значит так, братва, квартира моего знакомого, он сейчас в командировке. Оставил мне ключи на всякий случай. Я думаю, мы переночуем здесь без следов, а завтра что-нибудь придумаем. Ну, чего стоите? Проходите.

– Страшно! – прошептал Акробат.

– Чего страшно?– рассмеялся Осип. – И чего ты шёпотом разговариваешь?

– А нас того, это… ну… не шуганут отсюда? – озираясь по сторонам, снова шёпотом произнёс Митя.

– Не шуганут, – заверил Ёся. – Смелее проходите. Давайте сначала в ванную, приводите себя в порядок, сейчас я вам дам полотенца, тапочки, кое-что из одежды.

Неожиданно Дед Акын подошёл к Осипу, обнял его и расплакался.

– Ну, чего ты, Андрей Михалыч, – вспомнил Осип его имя-отчество, – всё хорошо, раздевайся.

– Спасибо тебе, брат, – всхлипнул гость, – есть ещё люди на земле. Ты видел, какой морозяка на улице? Если бы не ты, точно помёрзли бы. С подъездов гонят, с нашего подвала всех котов выгнали. А куда им бедолагам теперь деваться?

– Ну, коты найдут, где согреться, – успокоил Брамс, – что ты о них беспокоишься? А вот то, что людей на мороз выгнали, это, конечно, не дело. Какая-то сволочная натура. Но всё хорошо, что хорошо кончается. Давайте, мойтесь, брейтесь, переодевайтесь, и будем ужинать. Угощаю!

После водных и цирюльных процедур Осип, как заправский армейский каптёрщик выдал новобранцам носки, трусы, майки, тапочки, спортивные штаны, рубашки – приодел так, что никому и в голову теперь не пришло бы назвать его друзей бомжами или бродягами.

– Это что за дворец, – восхищался Акробат, войдя на кухню, – неужели люди так живут? Это квартира или музей?

– Квартира-квартира! – посмеивался Брамс. – Работают люди…

– Да ладно, – усомнился Митя, – те, кто работает, в музеях не живут. Послушай, Ёся, откуда у тебя такие друзья?

– Вот человек, – заворчал Михалыч, – его обули, одели, кормят, словно барина, а он в критику ударился, да ещё вопросы глупые задаёт. Ну, тебе какая разница?

– Какая критика? – развёл руками Митя. – Я к тому, что, если бы у меня были такие друзья, хрена я сидел бы подвале. Ты посмотри на него, он ведь почти два года с нами протусовался, а теперь на «Мерине» разъезжает, дворцами заведует. Чудны твои дела, господи! Скажи Дед, вот тебе или мне доверят такое богатство? – Акробат покрутил головой по сторонам.

– У тебя, Митя, на лбу написано «ворюга», – рассмеялся Дед Акын. – Кто же тебе такие хоромы доверит. Ты завтра полхаты вынесешь…

– Куда? – возмутившись, перебил Акробат. – Куда всё выносить? На первом же углу менты ласты завернут.

– Вот именно! – продолжал Кирилл Михайлович. – А если бы знал куда, точно бы унёс.

– Дед, не неси пургу! – повысил голос Митя. – Я тебе что, крыса подвальная? Ты забыл наш принцип? Не кради, где живёшь, не живи, где крадёшь. – Обращаясь к Осипу, он добавил: – Не слушай его, Ёся. Это он так шутит. Ты же знаешь, мы тоже люди. А это… у тебя сто граммов не найдётся? А то еда слишком уж… мне кажется, такую пищу без водочки нельзя есть, несварение может произойти.

– Нельзя здесь пить, – объявил Брамс, – я слово дал.

– Так мы это… можем выйти. Хряпнем на улице да вернёмся.

– Митя, прекрати, – вспылил Дед Акын. – Мы вчера только с тобой о чём говорили? Нужно завязывать с эти делом, ты согласился…

– Да я не против, конечно завяжем. Но ведь сегодня…

– А что сегодня? – нахмурился Андрей Михайлович. – Что сегодня?

– Как что? – вздёрнул брови Акробат. – Торжественный день. По любому это дело надо бы обмыть.

– Давайте сегодня без спиртного, ребята, – предложил Брамс. – Объясняю: хозяин квартиры может вернуться в любой момент. И как я ему буду смотреть в глаза, если он учует запах спиртного? Нет, нельзя. Слово нужно держать.