Сергей Мавроди - Сын Люцифера

— Понятно, — мужчина задумчиво посмотрел на Забрина и медленно произнёс. — Значит, в бога Вы не верите, а в инопланетян верите?

— Да! — с вызовом ответил Забрин, заподозрив некую скрытую насмешку в этом невинном на первый взгляд вопросе. — Ну, и что?

— Ничего, — пожал плечами мужчина. — Только странно это как-то…

— А по-моему, как раз наоборот! — в свою очередь насмешливо посмотрел на своего собеседника Забрин. — Научно-технический прогресс!.. Телевизоры-компьютеры!.. Инопланетяне хорошо укладываются в эту картину, а бог — нет. Инопланетяне, при всём их техническом совершенстве, ясны и понятны, это просто гости из будущего, это — мы завтра; а бог, с его чудесами, — это нонсенс! Это фактическое отрицание всех основ современной цивилизации, всего, что мы видим вокруг. Мы привыкли верить в логику, в причинно-следственную связь, в то, что всё можно в конечном итоге объяснить. Логически.

И когда нас пытаются убедить, что это не так… — Забрин хмыкнул. — Согласитесь, что это трудно принять…

Да и с какой стати!? — начал постепенно горячиться он. Оппоненту всё же удалось задеть его за живое. Он уже не жалел, что дал вовлечь себя в этот диспут. — Почему я должен верить какому-то человеку в рясе? Что он знает такого, чего не знаю я? Откуда?! Или пусть тогда представит доказательства!

— Ну, какие же могут быть "доказательства" существования бога!? — ласково усмехнулся мужчина. — Равно, кстати, как и дьявола! Всегда всё можно на инопланетян списать… Никаких доказательств тут нет и быть не может… Впрочем, не важно! Так Вы считаете, что бога нет?

— Нет! — категорически подтвердил Забрин. — В том виде, как учит церковь — нет. Высший разум, может, и есть, но он вряд ли вообще вмешивается в земные дела. Это нечто абстрактное.

— Поня-ятно!.. — протянул мужчина, с каким-то странным интересом разглядывая Забрина. Тому даже не по себе как-то стало. — Поня-ятно… Но взялась же она откуда-то?

— Кто?

— Ну, идея бога!.. Персонифицированного, я имею в виду. Не абстрактного.

— А-а!.. — пренебрежительно отмахнулся Забрин. — Дикари… пляски у костра… суеверия… первобытные страхи… Идолы!.. Всё же это общеизвестно. Ясно откуда!

— Так-так!.. — мужчина по-прежнему не сводил с Забрина внимательных глаз. — Телевизоры-компьютеры, значит, с одной стороны, и глупые суеверия и страхи — с другой? И Вы, конечно, считаете, что это несовместимо?

— Что? — не понял Забрин.

— Ладно, Артур Леонидович, к сожалению, мне пора выходить. Всего хорошего!

Забрин не успел даже удивиться, откуда это собеседник знает его имя-отчество, как тот уже встал и вышел. Дверь вагона тут же захлопнулась, и поезд тронулся. Забрин так и остался сидеть с открытым ртом, провожая глазами медленно уплывающую станцию.

В придачу ко всему он испытывал ещё и чувства человека, которого внезапно оборвали на полуслове.

На экране медленно поплыли бесконечные километры титров, и Забрин выключил видеомагнитофон. Фильм произвёл на него сильнейшее впечатление. Вообще-то фильмы ужасов никогда на него не действовали, но этот!.. Этот произвёл именно тот эффект, который и должен был, по-видимому, оказать на зрителя такого рода фильм по замыслу автора.

Забрин стеснялся признаться себе, но ему было попросту страшно. На душе остался после просмотра какой-то тяжелейший осадок, который не исчезал и не рассеивался. Чувство чего-то липкого, мрачного и неприятного. Забрин бы сейчас даже в тёмную комнату войти не решился. Н-нет уж!.. Ув— вольте!..

И, главное, сюжет-то простенький совсем, ничего особенного! С генами там чего-то… мутациями какими-то… Ну, в общем, обычная лабуда — видели мы уже всё это сто раз, перевидели! И тем не менее… Сделано как-то всё очень жёстко! Реалистично! Как в жизни. Без всех этих дешёвых трюков и фокусов-покусов: потоков искусственной крови, отрезанных голов и прочих поднадоевших уже порядком спецэффектов. Без всех этих киношных выкрутасов.

Смотришь и думаешь: а ведь и правда!.. Действительно так могло быть! Почему бы и нет? Авария… больница… единственный шанс спасти её… пересадили ей чужеродную клетку!.. Собственно, не думаешь даже, а в подсознании где-то эта мысль возникает. Подспудно, так сказать. Против твоей воли. Ощущение! Чего-то зловещего. Таящегося под тонким флёром реальности. Что мир совсем не такой, каким он кажется… Ч-чёрт!.. Чёрт! чёрт! чёрт!

И прогнать его потом решительно невозможно. Это ощущение. Ни с помощью логики, здравого смысла… — никак! Это как настроение. Если оно плохое, то сколько ни тверди ему: улучшайся! лучше оно от этого всё равно не станет.