Сергей Мавроди - Сын Люцифера

— Гонбаевич! — привычно поправил собеседника Лямин. Он уже привык к тому, что отчество его постоянно путали и перевирали.

— Слышь ты, Гондонович! Платишь нам лимон зелени налом, а иначе мы Верку твою грохнем. Всё понял? Вот подумай пока, а я тебе через час перезвоню.

В трубке раздались короткие гудки. Лямин посмотрел на экран. Номер не высветился. Вероятно, звонили из таксофона.

— Да-а… — он даже не осознал ещё толком, что, собственно, только что произошло. — Это что-то новенькое… Похищают людей за выкуп — это да, но чтобы убить угрожали!.. Про такое я даже не слышал никогда.

— Я тоже не слышал никогда, чтобы посторонним дамочкам по 10 миллионов баксов дарили, — задумчиво заметил голос. — Зачем такое сокровище похищать? Достаточно пригрозить, что с ним что-то случится.

— Слушай, это ты же мне всё это насоветовал!! — в бешенстве закричал Лямин. — Ты!!!

— Про 10 миллионов я не говорил, — хладнокровно поправил его голос. — Я просто сказал: денег дай. Миллион-другой. Разумную сумму.

— А какая разница?

— Большая. Принципиальная. В сумме-то всё и дело!

— Ты, кажется, заплатить им решил?

— Ну, и что?

— Не советую. Они не отстанут. В следующий раз два миллиона попросят. Или пять.

— Не попросят. Я сейчас Веру перевезу куда-нибудь, а потом уже с ними по-другому поговорю.

— Ну-ну!

— Зря ты этот миллион отдал. Теперь у них аппетиты разыграются!.

— Да пошёл ты!.. А если бы они действительно её убили?

— Дурак ты, дурак! Как же бы они её убили? Кто же будет резать курицу, несущую золотые яйца?

— Нет! Я не мог так рисковать. Если хоть волос с её головы упадёт!.. Плевать мне на этот миллион! Зато несколько дней у меня теперь есть. А за это время я её спрячу.

— Ну-ну!.

— Вер, тебе надо срочно уехать на время, пожить в другом месте… — Лямин разговаривал с Верой в её пустой квартире. Оскорблённый муж уехал к матери. –

Я тебе потом всё объясню. Просто поверь мне, и всё! Да нет, ты не пугайся, ничего страшного тут нет… Ну да, эти миллионы проклятые! Так всё получилось неудачно! Вся эта огласка! Чёрт бы всё побрал! — Лямин раздражённо поморщился. –

Я разберусь со всем этим в ближайшие дни, но пока тебе лучше исчезнуть. Сменить адрес. И на работе пока не появляйся… Когда? Да лучше прямо сейчас! Немедленно!.. А когда?.. Часа через три?.. (А-а!.. дьявол! — выругался он про себя.) А раньше никак?.. Ну, ладно… Через три, так через три… Тогда я к тебе заеду через три часа… Извини, пожалуйста.

Лямин включил зазвонивший телефон.

— Да, алло!.. Что-о!!??.. Мы же договорились?!.. Как это: изменились!.. Та-ак!.. Подождите-ка секундочку!

(«Ну-ка быстро, сообщи мне данные этих козлов! Это входит в наш договор! Ты должен выполнять все мои желания! А я желаю знать! И никаких законов физики это не нарушает. Никаких чудес тут нет! Так что…» — «Да ладно, ладно! — снисходительно-насмешливо остановил его голос. — Чего ты тараторишь, как из пулемёта? Да пожалуйста…»)

— Так вот, Стрельников Николай Евгеньевич, — злорадно произнёс в трубку Лямин. — Больше мне не звоните. И друзьям Вашим передайте. Цыпакову Григорию Ивановичу и Губарькову Валерию Владимировичу. Всё ясно? Вот так! Конец связи.

— Теперь ты мишень, — равнодушно прокомментировал голос. — Зачем же ты им сообщил, что ты о них всё знаешь? Сдал бы их просто ментам — и всё.

Лямин быстро погрузил в джип вещи Веры и распахнул перед ней переднюю дверцу. Потом обежал машину, сел за руль и включил мотор

— Пригнись! — закричал голос, и он автоматически нырнул вниз.

В ту же секунду слева раздался звон разбитого стекла, и одновременно справа застонала Вера. Звука выстрела Лямин не слышал. Вероятно, снайпер стрелял откуда-то с крыши соседнего дома. Вторая пуля разворотила приборный щиток.

Лямин шевельнулся.

— Встанешь — умрёшь, — спокойно заметил голос.

Лямин привстал и навалился на раненую Веру, закрывая её своим телом. Третья пуля вошла ему под лопатку, прямо в сердце. Четвёртая — в затылок.

Впрочем, четвёртой он уже не почувствовал. К этому моменту он был уже мёртв.

__________

И спросил у Люцифера Его Сын:

— А что стало с той женщиной? Она выжила?

И ответил Люцифер Своему Сыну:

— Да. А потом она помирилась со своим мужем и стала жить по-прежнему.

И настал семидесятый день.

И сказал Люцифер Своему Сыну:

— Сегодня Твой день рождения, и у нас не будет занятий.

… в сознание Его проник внезапно чей-то слабый-слабый, еле слышный зов, с трудом пробивающийся сквозь бесконечные, чудовищные, невообразимые пространства, сквозь ледяную бездну. И зов этот разбудил Его, и очнулся Он наконец от Своего тысячелетнего сна.