В одном я убедился.
Мне не удастся переубедить Омаи. И я его не убью. Ни при каких условиях. Закрыв глаза, я вдыхал напоенный цветочным ароматом воздух.
Вдруг на фоне шума воды до меня донесся какой-то звук.
Что-то зашуршало в кустах обочь узкой тропинки позади меня. Какое-то животное? Нет, не похоже. Вроде бы сюда кто-то идет. Какой-то человек. Может быть, турист.
Я обернулся.
На тропинке стояла женщина и целилась в меня из пистолета. У меня бешено забилось сердце.
Поразил меня не пистолет.
Меня поразил ее вид.
На первый взгляд, она изменилась до неузнаваемости. Во-первых, высиненные волосы. Во-вторых, высоченная. Гораздо выше, чем я мог предположить. Руки в татуировках. На ней футболка с надписью «Люди меня пугают» и джинсы. На губе – кольцо, на руке – оранжевые пластмассовые часы. Выражение лица злобное – типичная фемина двадцать первого века. На вид ей около сорока, и она совсем не похожа на девочку, с которой я простился четыреста лет назад. И все же это была она. Я узнал ее по глазам.
– Мэрион.
– Не смей произносить это имя.
– Это я.
– Отвернись к воде.
– Нет, Мэрион, не отвернусь.
Не отводя от нее взгляда, я встал, потрясенный до глубины души. Я старался не думать о пистолете, нацеленном мне в голову, в считаных дюймах от лица, и понимал, что возможно, лишь пара секунд отделяет меня от смерти. Я хотел смотреть на свою дочь.
– Я еще жив только потому, что есть ты. Твоя мать завещала мне разыскать тебя. Я знал, что ты жива. Точно знал.
– Ты нас бросил.
– Да, правда. Я вас бросил и страшно об этом жалею. Но я бросил вас, чтобы спасти вам жизнь. Чтобы спасти жизнь твоей матери. Она хотела, чтобы я скрылся. Другого выхода не было. Мы бежали из Лондона, но от реальности не убежишь. Из-за меня у меня на глазах утопили мою мать. Представь себе, Мэрион, каково это – всю жизнь носить в душе такую вину? Врагу не пожелаешь. Но ведь ты хочешь убить меня не из-за этого. Это Хендрик приказал тебе это сделать? Он тебя завербовал? Промыл тебе мозги? Ну конечно, он только этим и занимается, Мэрион. Он виртуоз по промывке мозгов. Что-что, а уговаривать он умеет. Еще бы, он живет на свете без малого тысячу лет. Люди для него – марионетки.
– Я была тебе не нужна. Ты сам признавался в этом Хендрику. Ты вообще не хотел детей.
Час от часу не легче. Значит, Хендрик разыскал Мэрион и ни слова мне не сказал. Он знал, что я ищу дочь, нашел ее и скрыл это от меня. Мы столько лет были членами одного Общества, и он водил меня за нос?!
У меня перехватило дыхание.
– Нет, это неправда, – наконец сказал я. – Послушай, Мэрион! Чего я только не делал, чтобы тебя отыскать. Прошу тебя… Когда он?.. Когда это случилось?
Она все еще целилась пистолетом мне в лицо. Может, схватить ее за руку и вырвать оружие? Но это же моя дочь, моя Мэрион! Я столько лет по ней тосковал! Я должен с ней поговорить. Если Хендрик смог, значит, смогу и я.
– Ты хотел найти меня только потому, что я – единственный в мире человек, который знает про тебя все. Ты никогда мне не доверял. На меня тебе было плевать, ты веками меня не видел. Ты трясся за свою безопасность и просил Общество «Альбатрос» разыскать и избавиться от меня навсегда.
– Все было в точности наоборот.
– Я видела письмо. Ты собственноручно написал его Хендрику десятки лет назад.
– Какое еще письмо?
– Я видела его своими глазами. Ты написал его своей рукой. Я и конверт видела. Я читала письмо. Я знаю, на каких условиях ты согласился вступить в Общество. Я тогда чуть не умерла. Чуть не лишилась рассудка. Депрессия, паника, психоз – я все испытала. Весь чертов букет – из-за того, что родной отец, которого я любила больше всех на свете, желал мне смерти. Я ведь тоже мечтала тебя найти. Только мыслью о тебе и жила. Чтобы узнать, что единственный человек, ради которого я живу, желает мне смерти. Это уж слишком. Ни черта, папочка , я тебе не должна.
У нее по лицу потекли слезы. На нем не дрогнул ни один мускул, но она плакала. Меня бурным водопадом захлестнула любовь. Только бы она поняла, что я хочу ей счастья. Только бы мне поверила!
– Хендрик лжет. Он подтасовывает факты. Вынуждает других врать и фальшивить. Иногда это работает в нашу пользу, иногда – против нас. У него, Мэрион, есть и связи, и деньги. Он разбогател на торговле тюльпанами и с тех пор многократно приумножил свои капиталы.
– Агнес говорит то же самое. Она подтвердила мне, что Хендрик сказал правду. Что ты сбежал от нас из-за меня и возненавидел меня за это. Говнюк.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу