Сергей Дигурко - Песок и время

— Ну, вот и хорошо, что согласен, — улыбнулся Евгений Михайлович. — Еще не раз увидимся.

Спустя два часа, увидев, что головы несколько десятков человек стали дружно клониться вниз, — сказывались ночь без сна, длительный перелет, — Дронов закончил совещание.

— Ух, наконец, утомил твой знакомый, — произнес Иван. — Сейчас бы перекусить и соснуть часиков двадцать.

— Обед через пятнадцать минут, — устало произнес Сергей. — Пойдем, Ваня, места среди приглашенных и голодных занимать. Поглядим, чем здесь угощают перелетных птиц — странников.

Столовая больше походила на ресторан — ковры на полу, картины на стенах, цветы на столах, симпатичные официантки в ажурных передниках. Оркестр заменяла неназойливая музыка: Юрий Антонов, «Под крышей дома моего».

— Что-то вы все такие бледненькие, мальчики, — улыбаясь и ставя перед офицерами графин с соком, произнесла загорелая молодая женщина.

— Так в Союзе же февраль, снег и минусовая температура — где загорать? Это у вас тут Африка — бананы, комары, — в тон ей ответил Иван.

— Бананы в Ливии не растут. Что будем заказывать? Окрошечки не желаете?

— Окрошка зимой? Серега, чудеса начинаются! Конечно, желаем! Еще как желаем!

Через несколько минут перед друзьями предстал первый заграничный обед: окрошка, салат из свежих огурцов и помидоров, котлеты «по-киевски», пирожные, апельсины, гранаты.

— Граммов по сто пятьдесят бы сейчас не помешало, — обронил шепотом Сергей, смотря на удаляющуюся официантку.

— Не говори, дружище, — поддержал его Иван. — Значит, едем вместе в Сирт?

— Едем, Ваня, едем. Давай перекусим и начнем знакомиться с остальной командой.

На крыльце столовой после обеда стихийно стали образовываться группы офицеров.

Слышались голоса: «Кто в Бенгази? Давай сюда! Тобрук, Тобрук… — подходи!»

Отъезжающих в Сирт набралось десять человек. Пожимая друг другу руки, более тесно знакомились, рассказывали подробней о себе.

— Кофанов Александр, 24 года, старший лейтенант, служил в Эстонии, холост, — произнес высокий, сутуловатый парень с белоснежными зубами.

— Долотов Евгений, 33 года, капитан, служил в Казахстане. Женат, сыну три года, не курю, хобби — электроника, — продолжил светловолосый коренастый молодой человек в синем костюме.

— Рожков Сергей, 29 лет, прапорщик, служил в Таджикистане. Женат, сыну два года. Пью, курю. Хобби — поспать, поесть, нарды, плов.

— Алешин Василий Васильевич, 44 года, подполковник, служил на Украине. Женат, сын, дочь, внук, язва желудка, — усмехнулся полный мужчина, на лысой голове которого красовался смешной блинчик-берет.

— Петров Юрий, 28 лет, капитан, Одесса, женат, сын Витька, четыре года. Преферанс, теннис, «дэвушки».

— Артеменко Владимир, 33 года, майор, служил в Приморье, женат, дочь, двенадцать лет. Баскетбол, охота, рыбалка.

— Емельянов Алексей, 34 года, прапорщик, служил в Саратове, женат, дочь, десять лет. Прапорщик и в Африке — прапорщик.

— Славная компания подобралась, Могучая кучка, — хохотнул Машанов.

Нет ничего слаще, чем поспать после сытного обеда и перекура. Разошлись по номерам, и через несколько минут дружный богатырский храп раздался сквозь неплотно прикрытые двери.

Сергей проснулся оттого, что кто-то рядом бормотал: «Кашефети, мифтах, хобза, хабир». Подумал: «Что за черт? Заклинания какие-то?». Приоткрыл глаза и увидел, что это Кофанов, лежа на кровати, поджав колени и держа в руках потертый блокнот, шевелит губами, произнося непонятные слова.

— Саня, у тебя что, крыша поехала?

— Леонидович, ты как всегда прав! От этой тарабарщины, действительно крыша может поехать, причем весьма стремительно. Этот блокнот мне подарил товарищ из моего дивизиона. Это разговорник, арабско-русский. Читаю и не врубаюсь… Кашефети — отвертка. Мифтах — ключ. Хобза — хлеб. Силк — провод и так далее.

— Ничего, Саша, освоимся, где наша не пропадала. Дай-ка, я гляну… — Дахи — яйца. Мэйя — вода. Саяра — машина. Таяра — самолет. Зибда — масло. Лим — лимон. Ана — я. Лязим — хотеть, необходимо.

— Ана лязим мэйя… Что я сказал, Санек?

— Я хочу воды. Ты хочешь пить? — нараспев произнес Кофанов.

— Точно, дружок! Я хочу пить! Подай мне, пожалуйста, графин с водой! — улыбнулся Сергей.

— Есть, товарищ майор, — протянул ему Саша воду. — А ведь, ты смотри, и не все так сложно? Освоимся, не боги горшки обжигали…

— Подъем, полиглоты, — отворив дверь, сказал Василь Васильевич Алешин. — Пошли на совещание. Главный политработник собирает — генерал Сулимов.