— Нефть — богатство Ливии, основной источник доходов экономики, — смотря на рабочих в синих комбинезонах и желтых касках, копошащихся возле труб, сказал вспотевший переводчик. — Поскольку своих квалифицированных специалистов не хватает, государство активно привлекает на помощь иностранных специалистов: дороги и трубопроводы проектируют и строят специалисты из Южной Кореи. Строительством жилых и административных зданий занимаются болгары. На нефтеперерабатывающих заводах трудятся югославы. В медицинских учреждениях — госпиталях, поликлиниках — поляки, пакистанцы. С приходом к власти в стране Каддафи народные собрания постановили, что нефть — достояние всего народа. Каждый житель страны, несмотря на свое социальное положение, даже только что родившиеся дети, получали равные права на владение доходами от продажи нефти. В банках открывались специальные счета, куда шли денежные поступления на каждого жителя страны. Ни тебе олигархов, ни коррупции …
— Может, останемся здесь жить? Примем Ислам? — спросил Мартынов у Ивана, сидящего рядом. — Послушаешь этого — не жизнь, а малина.
— Ты что, Серега? Останемся… Нет уж, я положенное время отбарабаню и домой — к березкам, тополям. Да, и не дадут ребята в синих погонах, под белы рученьки — багажом в самолет, и пикнуть не успеешь.
— Шучу, шучу я, Ванюша, — усмехнувшись, задумчиво сказал Сергей. Потом обратился к переводчику: — Слушай, друг, а почему на мечетях месяц в разные стороны смотрит?
— Это же элементарно, Ватсон. Перед закладкой мечети по мусульманским традициям люди смотрят в ночное небо. Запоминают, в какой фазе находится Луна. Когда строительство завершено, на верхушку мечети водружается месяц в таком виде, как он был перед началом стройки.
Автобус вкатил в пригород Триполи. Одноэтажные дома уступили место высоким современным постройкам, из окон которых торчали прямоугольники кондиционеров.
— Приехали, — выдохнул переводчик.
Выгрузив свои вещи из автобуса, члены вновь прибывшей группы специалистов, оглядываясь по сторонам, пытались понять, куда их занесла нелегкая. Одиннадцатиэтажные здания, вокруг песок, полное отсутствие растительности. Малолюдно.
— Все эти дома построены специально для советских военных специалистов. Вот это клуб, библиотека и столовая, — продолжал переводчик. — Сейчас размещайтесь в номерах гостиницы, и через полчаса прошу на совещание. Старший военный специалист при Главкоме войск ПВО Ливии генерал-майор Дронов будет выступать перед вами с ознакомительной беседой.
— Дронов? — уточнил Мартынов.
— Да, Дронов Евгений Михайлович, — подтвердил переводчик.
— Что, знакомый? — спросил Сергея Иван.
— Так это же наш бывший начальник штаба корпуса.
Номера гостиницы представляли собой небольшие отдельные квартиры. Холл с мягкими креслами и диванами, три-четыре комнаты, в которых, оставляя между собой узкие проходы, стояли кровати и тумбочки. Стол, шкаф для одежды, несколько стульев. Вся мебель довольно изношена, с инвентарными номерами, написанными синими чернилами.
Два санузла, большая ванная комната с водяным электронагревателем «Аристон». На окнах жалюзи, пыль. Побросав наспех чемоданы и сумки на полы, устеленные мраморной плиткой, Иван и Сергей спустились на лифте на первый этаж и заспешили в клуб.
— Товарищи офицеры! — раздалась громкая команда. В помещение вошел высокий седой человек в сером элегантном костюме.
— Он? — толкнул локтем Сергея Машанов.
— Он, наш Дронов, — ответил Сергей.
Дронов, взяв в руки список, называя фамилии вновь прибывших, знакомился с ними и сразу же называл группу и пункт назначения.
— Мартынов, — произнес начальник взглянул на поднявшегося с места Сергея. — О, старый знакомый. Рад вас видеть!
— Здравия желаю! — ответил Сергей.
— Подойдешь ко мне в перерыве.
— Есть! — ответил Сергей и опустился на свое место.
— Как там у нас дела? Что нового? — спросил Дронов, беря Мартынова за руку и отводя в сторону в перерыве совещания.
— Все нормально, товарищ генерал, — ответил Сергей.
— Поедешь в Сирт к полковнику Марченко в группу, — закуривая, продолжил Дронов.
— В Сирт?
— Да, в Сирт. Там хорошая группа. Им нужен опытный специалист-энергетик. Городок на берегу моря стоит — уютно, не то что здесь в Триполи, — асфальт, копоть, столица одним словом.
— Я согласен, — ответил для проформы Мартынов, понимая, что отказываться от предложения нет никакого смысла.
Читать дальше