Ын Хигён - Тайна и ложь

Если взять все хозяйство Чонука, то контора, передний двор, площадка во дворе и хозяйский дом занимали немалый участок земли, выходящий на новое шоссе. К тому же рядом находился Большой мост К. с оживленным потоком транспорта, поэтому Чонук ходил и убеждал чиновников, что это самые подходящие условия для строительства автобусной станции. Семья Чхве под станцию выставила широкое посевное поле, по размерам превышающее хозяйство Чонука. И расположение его было очень хорошим: поле прилегало прямо к улице, ведущей на Большой мост К. Чонук говорил, что имеет два патента, на земляные работы и строительство, доказывал свою высокую квалификацию строителя, напоминал, что его фирма строила Большой мост К., взывал к человеческим чувствам, но людям в уездной управе было выгодней поддержать его соперника, щедро дарившего конверты с деньгами, и все это понимали. Кроме того, семья Чхве владела большей частью всех орошаемых и суходольных полей в этом районе. Они надеялись на повышение стоимости земли после строительства автобусной станции, и, поскольку гонялись за правом на ведение сопутствующего бизнеса, денежная компенсация за землю под станцию устраивала их, хотя она была небольшой. По сравнению с Чонуком, который хотел получить большую, чем рыночная цена, компенсацию за землю, раздать долги и снова начать свой бизнес, Чхве по многим показателям имели значительно больше преимуществ. Поведение семьи Чхве, мотавшей нервы Чонуку, то увеличивая верхний предел компенсации за землю, то снижая, напоминало игру кошки, которая отпускала и снова ловила мышь.

Чтобы дать толчок конкурентной борьбе и поднять цены, нужно было поиграть со слабым конкурентом. Сначала беспощадно показывалась сила, после этого сопернику давалась надежда, ровно настолько, чтобы он не отказался от борьбы, но для загнанного в тупик Чонука не имело значения, насколько до бесстыдства маленькую давали ему надежду. Контора фирмы, передний двор и площадка заднего двора составляли квадрат, а напротив, в глубине всего хозяйства, находился дом, в котором жила семья Чонука, и он представлял собой островок, обладающий прочной независимостью. Однажды семья Чхве обратилась к Чонуку с предложением продать им хозяйский дом на хороших условиях. Они сказали, что уступают ему место для строительства станции, а дом им нужен якобы для того, чтобы заниматься лишь подсобным хозяйством. А на другой день семейство Чхве высокомерно заявило, что если Чонук продаст им землю, выделенную под станцию, и права на ведение подсобного хозяйства, они устроят все так, чтобы Чонук получил заказ на строительство станции и на все связанные с ним строительные работы. Прошла ночь, и они снова несколько раз меняли условия, а по поселку бесконечно разносились слухи, что хозяйство Чонука уже перешло в ведение банка, что Чонук продал свое хозяйство и на эти деньги купил дом в Сеуле, вместо того чтобы раздать их кредиторам, что он достал припрятанные деньги, собирается с ними убежать в Центральную Азию и уже прошел все формальности по оформлению документов. Все это привело к тому, что Чонук оказался в тяжелейшей ситуации. Жители городка в один голос говорили, что семья Чхве решила увидеть, как Чонук, наконец, придет к ним и на коленях будет умолять о снисхождении. Встречались и такие, кто обвинял семейство Чхве в желании превратить поля на крестьянской земле, жизненно необходимые для людей, живших здесь поколение за поколением, в пропитанную бензином автобусную станцию, но это вызвало интерес не более чем какое-то зрелище для зевак. Такое отношение нельзя назвать злобой, но большинство жителей получило удовольствие, наблюдая за падением Чонука. Это был не случай с Синим домом, позабавивший всех, но положение Чонука ухудшилось настолько, что он больше не мог оставаться на родине.

Среди кредиторов Чонука находились люди, которые хотели получить назад свои деньги и караулили момент, когда они у него появятся. Один из них тайно подослал человека, чтобы Чонук продал ему свое хозяйство. Предложенная цена была ничтожной по сравнению с общей суммой долга, и, естественно, каждый из кредиторов отстаивал свои интересы, поэтому Чонук, не имея возможности продать свой дом открыто, заключил сделку на абсолютно невыгодных ему условиях. Ситуация была критическая, и Чонуку ничего не оставалось, как продать свое хозяйство разным людям, разделив его на части. И когда на следующий день семья Чхве на земле, бывшей двором Чонука, стала строить магазин, жители поселка смогли убедиться в правдивости слухов о том, что люди, купившие дом Чон Чонука, все являются подставными лицами Чхве. Спустя какое-то время Чхве прикупили еще контору и задний двор, расширили магазин, и с этого момента здесь появился торговый комплекс, соединенный с традиционным рынком. В К. большинство людей думало, что и личный дом Чонука, в котором кто-то жил, выплачивая деньги за электричество, стал собственностью семьи Чхве. До этих пор никто не мог знать, какая сделка была заключена между Чхве и Чонуком.