Карен Уайт - Музыка ветра

– Мы не всегда выбираем тех, кого любим.

Мои губы сами собой сложились в легкую усмешку.

– Вы заговорили прямо как наша Лорелея.

– О, для меня это комплимент.

Какое-то время мы молча слушали радостные возгласы Оуэна, оживленно бегающего по саду. Тот встречал каждого пойманного светлячка поистине победным кличем.

Гиббс негромко откашлялся.

– Я прихватил с собой папку, в которую сложил все материалы по авиакатастрофе, которые мне удалось отыскать в Интернете. Подумал, вдруг вам будет интересно ознакомиться с ними самой.

Я подумала, что поначалу история с этим злополучным самолетом действительно зацепила за живое, и меня даже охватило желание тоже поучаствовать в поисках новых материалов. Но сейчас, когда я поняла всю безнадежность подобных поисков, постепенно пропал и сам интерес. Конечно, любопытно, что среди тех немногих вещей, которые Кэл посчитал нужным сохранить для себя в память о детстве и, более того, даже забрал с собой, когда уехал из родного дома, оказался и болт с того самолета. По всей вероятности, он что-то значил для него, но что именно, нам уже никогда не узнать. Кэл ушел из жизни, и все ушло вместе с ним.

Я не стала лукавить.

– По правде говоря, вся эта история с самолетом не занимает меня. Больше не занимает. Сейчас я уже знаю, почему и как модель самолета оказалась в мансарде дома миссис Хейвард, а все остальное меня мало интересует. Да и что нового мы можем узнать? Спустя столько-то лет… У вашей бабушки была склонность к проведению самостоятельных расследований разных преступлений. Вполне возможно, ей даже показалось, что во всей этой истории есть второе дно, до которого полиции так и не удалось докопаться. Но время показало, что никакого второго дна там не существует. Дело закрыто, и точка.

– Наверное, я поймал не меньше тысячи штук! – объявил нам Оуэн ликующим тоном.

– Тогда без вопросов. Это чистая победа, – сказала я и посмотрела на Гиббса с улыбкой.

Он продолжал изучать меня необычно пристальным взглядом, и выражение его лица было скорее мрачным, чем веселым. Улыбка сама собой сбежала с моих уст.

– Кэл бил вас?

Я вспомнила, как однажды еще совсем маленькой девочкой я вскарабкалась высоко на дерево, хотя бабушка предупреждала меня, чтобы я этого не делала. А потом никак не могла спуститься вниз. Просить бабушку о помощи не хотелось, ведь тогда бы пришлось признать, что она была права. И тогда я решила съехать вниз по стволу, как обезьяна. Я сама видела по телевизору, как они это ловко проделывают. Но у меня так ловко не получилось. Я грохнулась о землю где-то с высоты четырех или пяти метров. Каким-то чудом ничего не сломала. Но зато я до сих пор помню, как сильно я перепугалась. У меня весь воздух вышибло из легких. Я не могла даже вздохнуть. Вот и сейчас все повторяется. Чувствую, что мне нечем дышать, и не могу сделать вдох.

– Не надо! – только и смогла выдавить я из себя.

– Он был моим братом. И хотя на тот момент, когда он покинул наш дом, я был примерно такого же возраста, как сейчас Оуэн, я хорошо помню, что далеко не всегда Кэл был приятным человеком в общении. Часто выходил из себя и тогда преображался в какое-то необузданное чудовище. Потом каялся, просил прощения, но никому не становилось легче от его раскаяния. У него было полно девушек, похожих на Сэнди Бич. Многие из них были привычны к грубому обращению. Вполне возможно, кто-то из них подвергался даже домашнему насилию. А потому никто из них не возражал, чтобы время от времени их пинали ногами. Дескать, дело привычное. Чего уж тут обижаться?

Но вы… вы совсем другая. Когда я увидел вас впервые, то даже подумал, что, познакомившись с вами, брат изменился. Но всякий раз, когда я делаю какое-то неожиданное движение, вы вздрагиваете. И потом эти ваши глаза… – Гиббс сокрушенно покачал головой. – Из них же выкачали весь свет.

Я поднялась со скамьи, чувствуя невыразимую слабость во всем теле. Еще немного, и я потеряю сознание.

– Что-то мне не очень хорошо. Пойду в дом. Скажите Оуэну, пусть примет душ, а я за это время приготовлю ему мороженое.

Гиббс встал следом.

– Что бы он там ни вытворял с вами, знайте, вы этого не заслужили. Вы – сильная, мужественная и красивая женщина, Мерит. Не хочу даже думать о том, что он пытался уверить вас в обратном.

– Пожалуйста, не надо! – снова повторила я, отходя. – Вы меня совсем не знаете. И не знаете, что я сотворила.

Что-то упало на землю. Мы оба посмотрели вниз и увидели лежащую на земле крышку от моей банки с светлячками. Видно, в возбуждении я машинально перевернула банку вверх дном. И сейчас мне лишь оставалось наблюдать за тем, как последний светлячок вылетел из нее, расправив свои легкие крылышки и переливаясь в темноте. Взмыл в воздух и тут же растаял в ночи, не забыв на прощание помигать нам огоньком, прежде чем окончательно исчезнуть в густой кроне дуба.