Карен Уайт - Музыка ветра

Нежное голубое марево повисло вокруг, и в этом призрачном свете и скамья, и статуя святого Михаила, казалось, тоже отсвечивали фосфоресцирующим блеском. Даже каменный кролик, который уже успел обзавестись курточкой и галстуком, при свете луны смотрелся очень презентабельно. И везде плясали, сверкали и переливались тысячи светлячков, пронзая ночную тьму своими миниатюрными тельцами, подобно крохотным маякам, указывающим путь страннику.

Господи! Пусть с ней все будет хорошо. Эта безмолвная молитва удивила меня. Впервые за долгие и долгие годы я посмела обратиться за помощью к небесным силам, и впервые до меня дошло, что я по-настоящему волнуюсь за Лорелею.

– Совсем ведь не темно, правда? – шепотом спросил у меня Оуэн.

Я согласно кивнула головой.

– И совсем не страшно, так ведь?

– Угу! – ответил мне Оуэн и, стиснув челюсти, задрал голову к небу. – А ты знаешь, что потребуется сто тысяч лет для того, чтобы свет с одного конца Млечного Пути мог долететь до другого конца?

– Нет, я такого не знала, – тихо проронила я, странным образом почувствовав умиротворение от мысли, что свет, оказывается, присутствует во Вселенной везде… Даже на просторах Млечного Пути он постоянно занят поисками тех мест, где темно. И все для того, чтобы осветить это пространство и заполнить его своим присутствием.

– Давай соревноваться, кто больше поймает светлячков. Идет? – предложил мне Оуэн.

– Идет. Только, если честно, я уже успела подзабыть, как это делается. Ведь в последний раз я ловила светлячков в твоем возрасте… Или быть может, чуть постарше.

Я вспомнила, как это было. Мы с мамой коротаем вечер в палисаднике перед домом. У мамы нет банки для сбора светлячков. Но зато она указывает мне рукой, где находится очередной светлячок. Причем она выбирает самые яркие, самые крупные светящиеся точки. Мама сидит под высоким раскидистым кленом, возле которого ежегодно в день начала занятий в школе она меня фотографирует на память: я с новеньким рюкзачком за спиной и с коробкой, в которой лежат бутерброды на ленч. Интересно, сохранился ли этот клен во дворе нашего старого дома? Или отец тоже срубил его, не желая оставить после себя никаких следов нашей прежней жизни?

– В любом случае победителю полагает приз, – наставительно заметил Оуэн и сделал вид, что сосредоточенно обдумывает, что за приз учредить по итогам наших состязаний. – Если я поймаю больше светлячков, то перед тем, как отправиться спать, я съем еще одну порцию мороженого. Идет?

– Идет. А какой приз достанется мне в том случае, если выиграю я?

– Тогда мы вместе съедим по порции мороженого, – весело хихикнул Оуэн, и я увидела в лунном свете ямочку на его щеке. Точно там же, где и у меня.

– Хорошо! – согласилась я и принялась откручивать крышку со своей банки. – Будь осторожнее! Видишь, прямо возле скамейки с обратной стороны небольшая ямка. Что-то здесь мама копала.

Он оглянулся туда, куда я показала, а потом тоже принялся снимать крышку со своей банки. Я терпеливо ждала.

– Ну, что? Готов?

Оуэн кивнул головой и занял предстартовую позицию бегуна, выдвинув одну ногу вперед.

– Внимание! – Я выдержала многозначительную паузу. – Начали! – выкрикнула я во весь голос.

Мальчик сорвался с места и пулей помчался вперед. Я даже испугалась, что сейчас он за что-нибудь зацепится и упадет. Но Оуэн оказался ловким, как кошка. В мгновение ока он исчез из поля моего зрения, скрывшись за большим развесистым дубом, который доминировал своими размерами над этой частью сада.

– Один есть! – выкрикнул парнишка откуда-то из темноты.

Понимая, что могу оказаться в дурацком положении, я тоже принялась прочесывать близлежащую территорию сада в надежде на то, что какой-нибудь светлячок сам уведомит меня о своем присутствии. Впрочем, грех жаловаться. Светлячки были везде, целая тьма светлячков, и все они были поглощены целиком и полностью своими брачными играми. Они мигали друг другу, приманивая своими огоньками. Я даже почувствовала себя виноватой за то, что вторгаюсь без спроса в их личную жизнь, нарушаю их ритуал, мешаю развитию отношений. Кто знает, быть может, в тот самый момент, когда я схватила очередного светлячка, чтобы посадить его в свою банку, у него было в самом разгаре романтическое свидание. А тут я со своими банками…

– У меня уже почти сто штук! – с ликованием в голосе прокричал мне Оуэн.

Я заглянула в свою банку. Пожалуй, там было не меньше.