Карен Уайт - Музыка ветра

В его голосе вдруг прорвалась нескрываемая горечь, хотя он говорил нарочито сухо, словно пытаясь замаскировать душевную боль, которую вызвали в нем эти неожиданные воспоминания. Однако к боли примешивалось и что-то еще, что-то такое, что вдруг заставило его остановиться и замереть как вкопанному посреди комнаты, уйти с головой в собственные мысли и забыть об окружающих. В комнате повисла неловкая тишина. Я молча ждала, когда Гиббс заговорит первым. Но вот пауза затянулась уже непозволительно долго, надо было что-то делать.

Мне очень хотелось расспросить Дебору про тот таинственный самолет, который мы тоже отыскали в мансарде. Быть может, она что-то знает о нем. Но прежде чем я рискнула задать свой вопрос, Гиббс наклонился к Деборе и поцеловал ее в щеку, вызвав легкий румянец смущения на ее лице.

– Спасибо, мисс Фуллер. Огромное спасибо. То, что вы рассказали нам, было очень, очень интересно.

Мы распрощались и направились к выходу. Мне пришлось догонять Гиббса почти бегом, так стремительно он спустился вниз по скрипучим ступеням лестницы. Я задержалась еще на пару минут, чтобы попрощаться с Синтией и пригласить ее еще раз приехать к нам, чтобы осмотреть весь дом, когда это будет ей удобно. После чего выбежала вприпрыжку на раскаленный асфальт. Гиббс стоял неподвижно посреди тротуара. Прохожие двигались, обтекая его со всех сторон. Я почувствовала, как моментально нагрелись подошвы моих мокасин. Тоненькая струйка пота покатилась по шее вниз к спине. Уже в который раз я задумалась над тем, сколько же мне понадобится времени, чтобы привыкнуть к здешней жаре и влажности. И смогу ли я приспособиться к южному климату в принципе.

– Ну что? – спросила я невпопад.

Гиббс глянул на меня с таким видом, словно вообще забыл о моем существовании. Он растерянно поморгал глазами, а потом взял меня за руку и повел к машине. Включил зажигание и тут же врубил на полную мощность кондиционер. Какое-то время мы сидели с ним молча, прислушиваясь к тому, как работает кондиционер.

– Что-то не так, да? – снова спросила я. Мне хотелось думать, что все это меня не касается, что мне нет дела до чужих семейных драм, но я не могла заставить себя так думать. Потому что после отъезда Кэла Эдит совсем изменилась. Имя Кэла каким-то таинственным образом связало нас с Гиббсом. Я и сама не понимала, как это случилось, но это случилось. Дух Кэла незримо присутствовал рядом с нами. А еще я знала почти наверняка, что мне никогда не освободиться от них обоих, ни от Кэла, ни от Гиббса, пока я не разберусь во всей этой истории до конца.

Гиббс обеими руками стал растирать свое лицо с такой силой, что я услышала, как поскрипывает щетина на его щеках.

– Когда Кэл уехал от нас, мне было только десять лет. Долгие годы я считал, что либо не замечал тех напряженных отношений, которые сложились между Кэлом и бабушкой уже непосредственно перед его отъездом, либо просто делал вид, что не замечаю, вычеркивая из своей памяти всякие неприятные моменты. Я и на самом деле не помнил ничего такого, что могло бы насторожить.

Кэл и бабушка были близки, хотя порой мне казалось, что она специально держит его при себе, чтобы в случае чего с ним можно было сразу же справиться. Взнуздать, так сказать. По-моему, именно так в свое время выразился мистер Уильямс. Ведь нрав у Кэла был бешеный. В его комнате на подоконнике еще до сих пор остались вмятины. Это он швырнул в окно шахматную доску, когда я выиграл у него партию. – Грустная улыбка мелькнула на губах Гиббса, мелькнула и тут же исчезла. – Может, и поэтому я старался как можно меньше запоминать. Зато сейчас…

Я видела, как бурно вздымается его грудь, словно с каждым своим выдохом он хочет вытолкнуть из себя собственное прошлое. Человек, который не признает собственное прошлое, обречен пережить его заново. Я молча села в машину, ожидая продолжения его исповеди. Ожидала и одновременно боялась. Боялась услышать то, что он собирается мне сказать. Боялась, что он ничего не скажет.

– Но вот сегодня, слушая Дебору, я кое-что вспомнил. Раньше я об этом как-то даже не задумывался. Я вернулся из школы и увидел, что дверь, ведущая в мансарду, открыта. Явно бабушка только что спустилась вниз. Кэл возился в саду. Потом я услышал, как он тащит в дом что-то тяжелое. Что именно, я не видел, потому что поднялся уже к себе наверх. Так велела бабушка. Сказала, чтобы я сидел пока в своей комнате и не высовывался оттуда. Я уже дошел почти до самых дверей, как вдруг услышал, как Кэл кричит на бабушку.