Беатрис Уильямс - За морем

Я с чувством вцепилась в него пальцами:

— Прошу тебя, пожалуйста, послушай! Я ведь могу спасти тебя!

— Кейт, дивная моя голубка, доверься мне хоть немного. — Он накрыл ладонями мои кисти, прижав к себе, и улыбнулся ясной уверенной улыбкой. — Ты правильно сделала, что явилась предупредить меня. Я поведу отряд совершенно другим маршрутом. Мы выдвинемся в совсем иное время, и я избегу этого твоего волшебного временного окна. Я не оставлю тебя здесь.

Я снова вгляделась в его лицо. Голова Джулиана опиралась на матово поблескивавшую металлическую решетку кровати, взъерошенные волосы беспорядочно разметались по лбу.

— Ты настолько уверен в себе, да? Неуязвимый Джулиан, совершенно не способный совершать ошибки! Абсолютно убежденный, что делаешь все правильно, что можешь добиться всего, чего захочешь.

— В данном случае — да, Кейт. Это я знаю точно. — Нежно улыбнувшись, он погладил меня по щеке. — Разве я могу оставить тебя здесь одну? А потом долгие годы ждать, когда увижу тебя снова? Я ни за что на это не пойду.

— Джулиан, ты… Ну, просто как ребенок с новой игрушкой! Ведь все очень серьезно.

— Так и я вполне серьезно настроен. Это ты колеблешься в нерешительности: то ты хочешь, чтобы я остался здесь, то — чтобы перенесся.

— Я просто пытаюсь для себя понять, как лучше. Может, есть еще какой-то выход. — Я сокрушенно помолчала. — Послушай, давай я хотя бы скажу тебе — на случай, если ты вдруг передумаешь…

Он прижал мне палец к губам:

— Я не передумаю. Доверься мне, Кейт.

— Ох, Джулиан, какой же ты упрямец… — Я поцеловала его в грудь, вдохнула его запах — все тот же знакомый его запах. Правда, сейчас к нему примешивался какой-то посторонний аромат — возможно, другого мыла. Его грудь, еще такая гладкая, почти безволосая, но уже рельефно очерченная за счет налитых мускулов, которые мне всегда так нравились, с безупречным совершенством переходила в красивые мужественные плечи. — В первую очередь именно потому, что я доверилась, с нами все так и получилось.

Но он лишь рассмеялся:

— Милая моя Кейт! Ты все равно меня не уговоришь. Я прекрасно знаю, в чем состоит мой долг, и как бы ты ни умоляла, меня это ничуть не поколеблет.

Я нахмурилась, собираясь с ним яростно заспорить, но тут от нового приступа тошноты, полностью меня так и не покидавшей, предупреждающе скрутило в животе.

Какое я, собственно, имела право отсылать Джулиана в далекое будущее — прочь от его ребенка, его единственного наследника? И в то же время что станется со мной и с тем крохой, что у меня под сердцем, если я этого не сделаю? Ведь тогда он просто не сможет существовать! Как я могу на это согласиться, даже допустить подобное? Разные варианты, догадки и предположения начали переплетаться в моем сознании, то сталкиваясь, то разбегаясь, и в этом сумбуре я уже не могла отделить одно от другого. Ведь что бы я сейчас ни предприняла, ничто не могло бы полностью поправить ситуацию. Я и так уже слишком много сделала, чересчур вмешалась в течение истории. Я действовала, поддавшись страху, трусости, полной неспособности принять мир без Джулиана, не желая даже помыслить о последствиях своих шагов. И теперь, сквозь обломки потерпевшей крушение логики я уже не видела ни одного верного пути спасения.

Джулиан же, не замечая моих терзаний, с радостной напористостью продолжал:

— Нет, я как раз останусь здесь. Буду и дальше сражаться за мою старую добрую Англию! Буду боготворить и почитать свою очаровательную невесту. Меня ждет чудесная жизнь!

Я напряженно сглотнула.

— Может, лучше устроиться при штабе? Там ведь гораздо безопаснее. И с твоими связями это не составит труда.

— При штабе?! Ты смеешься, Кейт? Чтобы другой какой-то офицер сражался вместо меня?

Я без тени улыбки встретила его взгляд, и Джулиан смеясь закатил глаза:

— Ну что ты, Кейт, в самом деле!

С кошачьей грациозностью он перекатил меня на спину, оказавшись сверху, — прекрасный, как архангел, в мятущемся пламени свечи.

— Послушай… глупышка ты моя… — шептал он между поцелуями. — Я никогда не говорил тебе в нашем общем будущем, что ты чересчур из-за всего волнуешься?

— Джулиан, перестань… Правда. Ты должен выслушать… Нам надо в этом разобраться, найти какой-то наиболее оптимальный вариант…

— Не говори ничего. Я все равно не передумаю. — Нежно касаясь меня мягкими губами, он двинулся от подбородка к шее. — Милая моя, ненаглядная, разве ты не много успела для нас сделать, потревожив тайны мироздания, высшего замысла? Так давай же повесим на гвоздик наши волшебные шляпы, забыв про путешествия во времени. Ты останешься жить здесь — моей любимой, обожаемой супругой, великолепной миссис Эшфорд… Как же потрясающе это звучит, родная!.. — Он жадно приник губами к моим грудям. — И я сделаю все возможное, все от меня зависящее… Боже правый, любовь моя, ты так прелестна, так восхитительна, я хочу наслаждаться тобою вечно…