Беатрис Уильямс - За морем

— Хорошо, ладно. Я все понимаю. Просто в следующий раз будь добр, извести меня. Все-таки очень досадно слышать о твоих последних деяниях от третьих лиц.

— Извини. Я сегодня чертовски долго выбирался из города. А завтра опять туда ехать.

— Тогда лучше бы просто там остался, — жестко вырвалось у меня в сотовый эфир прежде, чем я спохватилась умолкнуть.

Джулиан ответил не сразу. В трубке слышалось его шумное дыхание. Пару раз выдохнув, он наконец еле слышно произнес:

— Надеюсь, на самом деле ты этого не хочешь.

На миг я представила перспективу в одиночестве провести ночь в его постели.

— Не то чтобы я этого хотела, — уступила я, — просто мне жаль, что тебе придется столько мотаться.

— Это ерунда в сравнении с альтернативой.

— Так, может, мне просто вернуться в город с тобой?

— Нет, — отрезал он. — Слушай, давай договорим потом. Мне не терпится тебя увидеть, а поскольку ты не разрешаешь мне за рулем…

— Ох, извини. Ладно. — Я немного помолчала. — Ты все еще хочешь, чтобы я приехала в гостиницу на ужин?

— Был бы сильно сокрушен, если бы ты отказалась, — сказал он и повесил трубку.

Спустя два часа я заехала на парковку перед отелем «Лайм Инн» и была весьма удивлена, обнаружив ее совершенно пустой. Там не оказалось ни зеленого «Мазерати», ни каких-либо других авто.

Я выбралась из «Рейндж Ровера»; в черном шифоновом платье, которым разжилась нынче в аутлете «Сакс», я чувствовала себя не в своей тарелке. Волосы у меня были распущены по плечам — еще одно совершенно непривычное ощущение, поскольку обычно, куда-то отправляясь, я скручивала их резинкой у затылка. Теперь же лишь несколько прядей были убраны от лица изящной серебряной заколкой.

Я прошла к парадному входу и толкнула дверь отеля. Передо мной развернулся темный, подсвеченный лишь свечами холл — только у самых окон еще теплился быстро гаснущий свет дня. Я чувствовала себя точно в кроличьем садке: со всех сторон виднелись двери, коридоры, открывающиеся из них комнаты; в воздухе витал неназойливый запах древесного дымка.

За стойкой замаячил метрдотель.

— Здравствуйте, — негромко обратилась я к нему. — У меня встреча с мистером Лоуренсом. Он уже приехал?

— Добрый вечер, мисс Уилсон. Его еще нет, но позвольте я вас провожу?

Я проследовала с ним через холл, затем мы свернули налево, в ресторан. Оглядевшись по сторонам, я не заметила ни одного занятого столика. Между тем метрдотель провел меня в небольшую, обшитую деревянными панелями комнату слева от зала. Там, перед камином с пляшущими в нем языками пламени стоял единственный столик.

— Не угодно присесть? — предложил метрдотель.

Я покорно опустилась на предложенный им стул, от неловкости не зная, что сказать.

— Бокал шампанского?

— Пожалуй, да, благодарю вас, — кивнула я, и метрдотель поспешно удалился.

Не успела я собраться с мыслями, как он уже вернулся, держа в руке подносик с двумя бокалами, исходившими мелкими пузырьками.

Джулиан приехал минут через десять. Приблизился он настолько тихо, что я заслышала его появление лишь за мгновение до того, как теплые ладони легли мне на плечи, и Джулиан склонил голову, чтобы поцеловать меня в ту точку, где ключица сходится с горлом.

— Я опасался, ты кипишь от ярости.

Я коротко усмехнулась.

— Нет, не киплю. Уже перекипела. — Я накрыла ладонь Джулиана своей и повернулась взглянуть на него. — Да ты весь при параде! — с невольным укором воскликнула я при виде его смокинга, накрахмаленной до хруста белой сорочке и свежевыбритого лица, сияющего в отблесках пламени.

Улыбнувшись, Джулиан пожал плечами:

— Нашел минутку привести себя в порядок. Прости, что припозднился, дорогая. Мне так много о чем надо было позаботиться. — Он поднял мою руку и поцеловал. — Бог мой, у меня нет слов. Как же ты обворожительна! Не очень-то честно с твоей стороны, моя радость, ведь я за весь этот ужасный нескончаемый день просто исстрадался по тебе.

— Хорошая попытка, Эшфорд.

От глубокого вздоха плечи у него приподнялись и опали.

— Послушай, может, нам стоит сперва обо всем поговорить? Развеять атмосферу?

Я открыла было рот, чтобы выдать какую-нибудь вежливую отповедь, но вовремя поняла, что это будет ошибкой.

— Да, пожалуй, что стоит.

Потянувшись за своим стулом, Джулиан подставил его к моему.

— Родная, — заговорил он, усаживаясь рядом, — когда ты утром позвонила мне из Ньюпорта, я повел себя как болван. Прости меня за это. Я в это время как раз сидел с Джеффом и Дэниелом, пытаясь переварить весь масштаб произошедшего, и был далеко не в лучшем расположении духа. — Он взял в ладони мои руки, приковав к ним взгляд. — Видишь ли, все это достаточно ново для меня.