Вдребезги

Все шло, как было задумано, развивалось согласно плану. От американки не осталось и следа, Беркант, замордованный журналистами, измученный разворачивающимся вокруг него скандалом, совсем перестал спать и только метался ночами по своей жалкой резиденции, заламывая руки и застывая в позе мыслителя. София, не отрываясь, смотрела на него из окна, вздрагивая от каждого его отчаянного жеста, от каждого больного взгляда. Он, конечно, чувствовал, что кто-то за ним следит, не мог не чувствовать. Если пока даже и не осознавал этого, внутренняя тревожность нарастала с каждым часом. Это хорошо, это правильно.

София и сама не спала вместе с ним, сама почти не ела, чувствуя, как с каждым осуществленным пунктом плана слабеют ее силы. Что же, они начали эту адскую игру вместе, вместе должны ее и закончить. Нужно только продержаться до конца, не отступать, не сдаваться.

В тот момент, понимая, что больше не в состоянии тянуть сразу все, она и встретилась с Кайя, чтобы отдать ему в руки бразды правления корпорацией. Нужно было сосредоточиться на самом главном, остальное ей было уже не по силам.

Она с неким отстраненным интересом думала о том, что еще недавно ни за что не передала бы управление бизнесом кому-то другому. Не потому, что не могла доверять Кайя – хотя полностью доверять кому бы то ни было она действительно не привыкла. Но потому, что именно это и составляло ее жизнь – риск, азарт. Ощущение власти над тысячами людей, возможность принимать решения на высшем уровне и знать, что у тебя в подчинении находятся гигантские строительные предприятия, которыми, как принято считать, женщине управлять не под силу. Теперь же все это отошло для нее на второй план, как несколько месяцев назад, когда она познакомилась с Беркантом, стали вдруг ненужными адреналиновые безумства. Она уже около полугода не принимала участия ни в каких опасных мероприятиях, не прыгала с моста, не участвовала в гонках и без малейшего сожаления удаляла из почты письма из рассыпанных по всему свету клубов экстремалов. Забавно, что, стремясь разрушить оба столпа, на которых держалась жизнь Берканта, она, кажется, даже не заметила, что он ровно так же разрушил и ее точки опоры.

Может быть, думала порой София, они теперь действительно стали единым целым? Вместе бодрствовали ночами: он – в своей одинокой квартире, она – в арендованном логове, у большого окна. Вместе вздрагивали, сталкиваясь с очередными воплощенными в жизнь деталями плана. Вместе дрейфовали в фантасмагорическом напряженном полуистерическом ожидании кульминации, финального раунда страшной игры, за которым последует неминуемая развязка. Иногда ей казалось, что они даже дышали в унисон. Что эта любовь-ненависть сплела их так плотно, так тесно, что вырваться из нее ни один из них не сможет.

Оставалось сделать совсем немного. Еще чуть-чуть – и Беркант окончательно превратится в полубезумную, загнанную, одержимую ужасом тень, которая побежит от своих демонов куда глаза глядят, не зная, что именно там ее и настигнет самое страшное. Еще чуть-чуть расшатать фундамент его жизни – и все здание рухнет, и маленького Берканта снова погребет под обломками. Можно только представить себе, какую панику он испытает, снова ощутив, как под его ногами разверзается земля и комья ее засыпают его, не давая дышать.

Как создать во взвинченном мозгу Берканта предпосылки для появления «правильных» галлюцинаций, София знала. Самый глубокий, самый острый его страх был ей известен – Беркант некогда сам поведал ей о нем. Теперь нужно было только подтолкнуть работу подсознания в нужную сторону, тонко напомнить ему о некогда пережитом ужасе. С этим она справится при помощи Кристофера – контекстная реклама с соответствующими картинками, которая будет всплывать на любых открытых Беркантом интернет-страницах, с виду безобидные видео-ролики с эффектом двадцать пятого кадра. Еще можно будет заглянуть в муниципалитет, проспонсировать расклейку социальных плакатов по интересующей ее теме… Однако одного этого было недостаточно, нужно было некое химическое вещество – галлюциноген, который станет спусковым крючком.

Добывать его София отправилась в «Гетто», излюбленный клуб Берканта. Ей показалось, что в этом будет какая-то мрачная ирония: раздобыть губительное средство именно там, где Беркант всегда доставал зелье, сулящее ему наслаждение.

В клуб она приехала днем, когда для посетителей он был еще закрыт, прихватив двоих молчаливых и внушительных с виду охранников из «EL 77», и потребовала встречи с хозяином. Серкан принял ее в своем кабинете, располагавшемся на втором этаже и увешанном по стенам старыми яркими афишами с анонсом ближайших мероприятий. Сидя за столом, он вгляделся в вошедшую Софию, покосился на сопровождавших ее амбалов и нахмурился: