Джонатан Коу - Срединная Англия

Софи избегала Эдама следующие полтора дня, проводила время одна, посмотрела Марсель еще шире, добравшись в прибрежные анклавы Мальмуск и Валлон-дез-Офф и проведя три или четыре часа в грубо отлитом бетонном прибежище «La Cité Radieuse» [43] «Лучистый город» ( фр. ), строился с 1947 по 1952 г. — самом известном многоквартирном здании Ле Корбюзье. (Бруталистская архитектура была ее слабым местом, и пусть ее — как и кого угодно еще — радовало, что новая Библиотека Бирмингема обретает форму, Софи надеялась, что Центральная библиотека Джона Мэдина [44] Джон Хардкасл Долтон Мэдин (1924–2012) — британский архитектор и градостроитель, автор проектов многих зданий в Бирмингеме. , шедевр 1970-х, избежит ударов чугунного шара.) На конференцию она не вернулась до обеда четверга, когда пришло время ехать в замок Иф. Было жарче прежнего, тридцать шесть градусов, и солнечные блики на воде Старого порта ослепляли. Морская поездка заняла чуть больше двадцати минут. Поначалу они неспешно пропыхтели прочь из Старого порта, мимо форта Сен-Жан и громадной прибрежной стройки, где почти уже возвели новый ультрасовременный Музей европейских и средиземноморских цивилизаций, а затем набрали скорость и подошли к самому острову Иф, минуя громадные круизные суда со всего мира, бросившие якорь в гавани на день; искатели удовольствий пересекали их путь на моторках и водных лыжах — пик туристического сезона, — и у Софи возникло странное, головокружительное чувство, что в гуще отпускников она на работе (в некотором смысле). Поездка была спокойной, замок приближался, и Софи обнаружила, что представить его как стратегическую крепость или — как случилось позднее в судьбе замка Иф — как суровое неуязвимое узилище трудно. Ныне башни и укрепления кремово-бело жарились на средиземноморском солнце, и замок смотрелся совершенно добродушно и гостеприимно. Туристическая достопримечательность — и невозможно красивая к тому же.

Впрочем, вид на замок по мере приближения к нему не подготовил Софи к тому, что замок, в свою очередь, когда взберешься по крутой спиральной лестнице на верхнюю террасу, предложит вид на город и береговую линию. Перед Софи раскинулся весь Марсель: путаница древних и современных зданий, ширь жилых кварталов на западе, зеленая глухомань и головокружительные утесы массива Каланки на востоке, и над всем этим — властная башня базилики Нотр-Дам. Между замком и этой панорамой простиралось море, катило мягкие волны, сияло под солнцем — насыщенный, безупречный ультрамарин до самых глубин. И все это купалось в свете . Да — вот чего, осознала она, ей не хватает в Англии, вот почему здесь все кажется таким живым, таким чувственным, таким исполненным энергии, таким неуничтожимо живым . Если сравнивать, то до чего же чахлое, несчастное существование влачат они в стране, которую обязаны именовать домом. Марсель — Бирмингем, Марсель — Кёрнел-Магна. Эти места, казалось, не в разных странах и даже не на разных планетах, они словно принадлежат совершенно разным порядкам бытия. Этот свет делал ее такой живой, какой она себя не ощущала много лет — возможно, с тех пор, как была ребенком. Ее коллеги на террасе увлеченно фотографировали, под всеми мыслимыми углами и во всех ракурсах, но Софи знала, что из этого ничего не выйдет, и телефон из сумки не доставала. Никакая комбинация пикселей не сможет запечатлеть чувство этого мига, это совершенно новое, мощное ощущение полнокровия.

Замок закрывался для посетителей в пять тридцать, им предоставили уникальный и, как поняла Софи, мало кому разрешенный доступ еще на два часа. В шесть вечера, когда туристы собирались на причале к последнему рейсу в Марсель, участники конференции пришли к камере на первом этаже, названной в честь Эдмона Дантеса, горемычного персонажа Дюма. Камера оказалась глубокой, но до странного просторной каменной комнатой, из окна высоко на стене струился тонкий луч света. Здесь выступающий по имени Гийом включил презентацию в «ПауэрПойнте» и проговорил чуть дольше часа о «L’Incarcération comme métaphore de la paralysie psychologique» [45] Заточение как метафора психологического паралича ( фр. ). . Софи доклад понравился, произвел сильное впечатление, но ей не терпелось выйти из камеры и вновь оказаться на свежем воздухе — в вечернем свете.

В семь тридцать им предложили выбор: корабль доставит их обратно в Марсель, в ресторан, который для них забронировали на вечер, но можно еще сделать крюк и заехать на Фриульский архипелаг, это всего в нескольких сотнях ярдов по воде. Если кто-то желает сойти в порту на Ратонно — пожалуйста, оттуда позже вечером можно добраться общественным водным транспортом в город.