Джонатан Коу - Срединная Англия

Большинство пожелало ехать в Марсель сразу: доклад Гийома раззадорил их, и они рвались обсудить его за ужином. Софи, Эдаму и еще троим, однако, было любопытно посетить другие острова, и их забросили туда через несколько минут.

Острова Ратонно и Помег связаны длинной каменной косой. Близ небольшого порта, где их высадили, — набережная, застроенная магазинами и барами. В один такой бар другие трое сразу и двинулись, более всего желая выпить на свежем воздухе, когда наконец стало попрохладнее.

— Что скажете? — спросила Софи. — Пойдем с ними?

— Не знаю… — замялся Эдам. — Я бы погулял. Тут же вроде бы где-то должен быть пляж?

Они изучили карту на стене в гавани и отправились по плоской пыльной дороге, ведшей прочь от порта к Каланк-де-Моржире. Очевидно, шли они против прилива туристов: непрерывный поток людей с полотенцами и пляжными сумками — парочки, семьи, шумные компании молодежи — двигался им навстречу. Ратонно — каменистый остров, пейзаж здесь так скуден на зелень, что кажется едва ли не лунным. Скоро в горле у Софи пересохло и защекотало от пыли, солнце палило немилосердно — даже в этот поздний час дня. Впрочем, до маленького галечного пляжа идти было всего несколько минут, там все еще плавали и ныряли с масками в теплой бирюзовой воде немногочисленные купальщики.

— Досадно, что мы ничего для купания не взяли, — сказал Эдам, глядя на море с насыпи над пляжем и прикрыв глаза ладонью от низких лучей заходившего солнца.

— Как раз об этом подумала, — сказала Софи, хотя отчасти была только рада, остро осознавая, до чего бледное у нее тело под легким летним платьем.

Они прошли еще немного по крутой, петлявшей тропе, которая привела их на каменную гряду высоко над пляжем. Даже эта прогулка была утомительна, и потому они нашли плоский камень рядом с тропой и с облегчением на него сели, благодарные, что по крайней мере легкий намек на морской ветер жару делал здесь чуть более сносной.

После долгого уютного молчания Софи сказала:

— Я начала читать книгу вашего отца.

— Да?

— Очень хорошая. Есть в ней что-то апдайковское.

— Некоторые так говорят. Ему Апдайк не нравится. — Эдам улыбнулся. — Но, во всяком случае, ему было бы приятно, что вы его не сравниваете с Джеймзом Болдуином. По правде говоря, мой отец — такой человек, какие умеют из любого комплимента сделать оскорбление. Я бы не сказал, что с ним легко.

— Вы близки с ним?

— Мы не виделись, — ответил Эдам, — года два или три. Они с мамой развелись некоторое время назад. К большому облегчению для нас с сестрой. Они все время ссорились. Было… сильно. — Старательно не глядя на Софи впрямую, он продолжил: — Вы, думается, из другой семьи происходите. Кажетесь… ну, довольно спокойной в этом отношении.

— Да, мои родители не то чтобы ссорились. Они просто живут в постоянном… я даже не знаю, как это назвать. Насупленном безразличии.

Эдам рассмеялся.

— Очень по-британски, похоже.

— Да, именно так. Они сохраняют спокойствие и продолжают свое дело, хотя мама… — Софи умолкла, не желая развивать тему дальше.

— А вы?

— Я?

— Замужняя жизнь. — Он глянул на ее обручальное кольцо. — Как вам она?

— О. Ну, пока рановато говорить. Всего три месяца прошло…

— А — так недавно? Поздравляю.

— Но пока хорошо. Очень хорошо. Я чувствую себя очень… заземленной.

— Великолепно. Рад за вас. И за него.

— Иэн. Его зовут Иэн.

— И чем он занимается?

— Он преподаватель.

— Само собой. История искусств?

— Нет. Он учит людей безопасному автовождению. Так мы с ним и познакомились. У него на занятиях.

— Правда? Вы мне лихим водителем не кажетесь. В вас есть дикарство, которым вы с нами не поделились?

— Нет, — ответила Софи вдумчивее, чем, наверное, предполагал вопрос. — Никогда так не считала.

Должно быть, просидели они так с полчаса или дольше — достаточно, чтобы посмотреть закат во всем его праздном великолепии. За ними, по другую сторону острова, вставала луна, проливая достаточно света, чтобы легко удавалось двигаться по тропе, когда они проголодались и отправились к гавани и ее ресторанам. Других участников конференции они найти не смогли — только что, судя по расписанию, отчалил наветт [46] Морской челнок ( фр. ). до Марселя, но спешить в любом случае было незачем: последний уходил в полночь.

Они нашли тихий прибрежный бар и заказали мидии «мариньер» с обжаренными хлебцами и салат «нисуаз», а также графин розового и много-много льда. Когда закончили есть, было пол-одиннадцатого, еще два катера ушли на большую землю, и стало казаться, будто остров принадлежит едва ли не им двоим.