Вильям Козлов - Дети ада

— Мне можно заполнять анкету безработной? — невесело пошутила Лола.

— У тебя ведь остались клиенты? — сказал Иосиф Шмель, лысый с пышными черными усами полный тридцатилетний мужчина. Когда она шла к нему, заметила у здания «мерседес», возле которого прогуливался с рассеянным видом плечистый дядя в синем спортивном костюме «адидас». Это охранник и телохранитель Шмеля. Она слышала, что он до полусмерти избил двух рэкетиров, осмелившихся вымогать деньги у председателя кооператива.

— А что толку? — ответила Лола. — Не будет кассет и клиенты разбредутся.

— Надо уйти в подполье, — блеснул белоснежными зубами Иосиф Евгеньевич. — В книжном магазине мы пункт закрываем, будешь торговать кассетами на дому, а лучше на какой-нибудь нейтральной площадке. У подруги, например? Забыл как ее... у Милы? — он окинул ее оценивающим взглядом. — Или у друга. Конечно, надежного человечка.

Лола слышала, что Еся, когда был в Штатах, где у него много знакомых, вставил себе фарфоровые зубы, хвастал, что эти «зубки» обошлись ему ого-го! Мог бы на эти доллары купить компьютер и видеосистему, но здоровье дороже денег... А денег у Есика как грязи. На советские рубли он покупает доллары и марки.

— А я не погорю? — засомневалась Лола. — Раз это теперь незаконно?

— Какой закон, девочка! — рассмеялся Шмель. — У нас полное беззаконие, переходим к рынку, кто чем хочет тем и торгует. Указов полно, да их никто не выполняет. Может, ты продаешь свои собственные кассеты. Все запреты на частную торговлю сняты. Наши ребята в мэрии не дремлют...

— Дома соседи, — вслух размышляла Лола. — Мила живет далеко, кто туда поедет?

— Я думаю, все это временно, — успокоил ее кооператор. — Такая видеоиндустрия раскрутилась в стране, что ее уже невозможно никому остановить. Нас просто пугают, да мы не боимся... Хочешь хорошо кушать и весело жить, Лолочка, трудись. Мои мальчики будут тебе завозить записанные кассеты домой на Бассейную. Конечно, среди любителей может затесаться и «мусор», так ты будь внимательна: сообщи адрес только проверенным клиентам, которые к тебе все время ходят.

— Всю страну распродали, а тут спохватились, чертовы законники! — в сердцах вырвалось у нее. О правительственных махинациях с зарубежными фирмами много писалось в газетах. Миллиардами ворочают! А тут на видео ополчились.

— Недельку посиди в «подполье», а потом снова переберешься в магазин, — успокоил Шмель. — За аренду мы на месяц вперед плату внесли. А эта Мила... как она поживает?

— Позвони, — сказала Лола. — Она про тебя тоже спрашивала...

— Передавай привет, — улыбнулся Иосиф Евгеньевич. — Аппетитная бабенка!

Председатель кооператива был однажды у Милы в гостях... Не обошел он своим вниманием и Лолу. Но его любовные связи продолжались не долго. Шмель был женат и побаивался своей ревнивой супруги.

Лола вышла из небольшого, но со вкусом оформленного дизайнерами кабинета Шмеля, у него на застекленной фирменной стойке красовалась новенькая видеосистема «Сони», на тумбочке рядом с письменным столом компьютер, мудреный телефон с автоответчиком. Впрочем, все знали, что Еся, так звали сотрудники своего председателя, использует компьютер для игр, бухгалтерскими делами занимается его заместитель — кандидат исторических наук, у него тоже компьютер. Компьютеров появилось много, а вот банков с информацией в СССР нет.

День был пасмурный, серые клочковатые облака медленно двигались над влажными крышами зданий, с утра моросил дождь и асфальт на проезжей части блестел. Как всегда в последние годы у остановки общественного транспорта стояли хмурые толпы людей, у многих в руках зонтики. Автобусы и троллейбусы приходится ждать по полчаса и больше. Нет-нет, а потом идут один за другим и снова затишье. Такси пользуются лишь «капиталисты», так теперь называют богатых людей. Капиталистов сотни, может, тысячи, а бедных, нищих — миллионы. Такой вот расклад. Таксисты сами высматривают выгодных клиентов и иностранцев, которые расплачиваются валютой. Тощая коричневая собачонка вместе со всеми дожидалась у края тротуара, когда загорится зеленый свет. Вот он вспыхнул, и она деловито засеменила с улицы Марата на Невский проспект. Лола слышала, что из-за всеобщего обнищания многие владельцы стали избавляться от своих четвероногих питомцев, но и видела по телевизору, как на выставке показывали щенков, которые стоят по десять-двадцать тысяч рублей. И их покупают! Кто обнищал, а кто живет в роскоши и изобилии... Например, Еся Шмель. У него есть все, что только может пожелать смертный. Его английский бульдог стоит 12 тысяч, он сам хвастался. Весной ездил с женой и бульдогом в Лондон, чтобы познакомить кривоногого урода с выпученными глазами с породистой невестой той же породы. Об этом писали в какой-то коммерческой газете.