Вильям Козлов - Дети ада

Двое суток провел Иван в квартире старика, а грабители пока не заявлялись. И оба его напарника попусту торчали на пыльном чердаке: они должны были ворваться в квартиру ровно через пять минут после того, как туда заявятся воры. Кулешов отдал им запасные ключи. Вроде бы ничто не мешало банде совершить нападение, но ничего не происходило. Неужели засекли его, Рогожина? Может, заподозрил тот самый, который наткнулся на него у двери на чердак? Не похоже. После этого Иван еще раз видел кавказца в подъезде дома Кулешова, больше того, он навесил на чердачную дверь замок. Иван поинтересовался в конторе не их ли это работа, нет, они замок никому не выдавали. Ребята подобрали к замку ключ. И сегодня они скучают на чердаке и дверь приоткрыта. Но это ворье вряд ли обеспокоит: бомжи любые замки выламывают на облюбованных ими чердаках и подвалах. Помощники Ивана тоже одеты под бомжей, сидят на ящиках из-под пива и дуются в карты, не выпуская из поля зрения площадку перед дверью Кулешова.

Иван взглянул на часы: без четверти восемь. Скоро придет с прогулки Арсений Владимирович. Слышно, как в комнате тикают старинные деревянные часы с гирями. Такие теперь редко увидишь — механика и электроника давно вытеснили их. Поставил в современные кварцевые часы батарейку и ходят год-два, не надо заводить, стрелки подводить — точность необыкновенная. И у него на руке кварцевые часы с крошечной батарейкой. Из окна кухни, где находился Иван — отсюда ближе входная дверь — виден Таврический сад, точнее, небольшая часть его. Каменная ограда, тянувшаяся от Таврического дворца, загораживает сад. Видны лишь черные узловатые ветви деревьев. Интересно:, набухли на них почки? Еще видна выпуклая стеклянная крыша дворцовой оранжереи. Цветы они там разводят или выращивают огурцы? В Таврическом дворце много лет была

Высшая партийная школа, а что там теперь? Ленсовет устраивает приемы?..

Слух был настолько обострен, что Рогожин услышал постукивание палки Кулешова еще на втором этаже. Что-то ему подсказало, что наступает решительный момент, как всегда в таких случаях, внешне оставаясь спокойным, он весь внутренне подтянулся, напружинился, правая рука нащупала под мышкой закрепленный там ремнями пистолет: кобура расстегнута, предохранитель снят. Дегтярев советовал взять с собой переговорное устройство, но Иван решил обойтись без него, он и так услышит, если нападут на старика у порога его квартиры. И ребята на чердаке начеку. Заскрежетал ключ в замочной скважине, Иван уже был в прихожей, дверь открывается вовнутрь, за ней можно было спрятаться. Старика он предупредил, чтобы тот не пугался, когда Ивану приходилось всякий раз при его приходе из-за двери нос к носу сталкиваться с хозяином. Уже не первый раз повторял он этот нехитрый прием. Дверей было две, но внутреннюю Арсений Владимирович запирал лишь когда надолго уезжал из города, всякий раз возиться с несколькими мудреными замками было неудобно. Глаза у него уже не те, что были раньше, не сразу ключом в прорезь попадал.

Чутье Ивана не обмануло его на этот раз: Кулешов пулей влетел в небольшую прихожую, палка его стукнулась о вешалку и откатилась в коридор, ведущий на кухню и в ванную. Старик, ухватившись растопыренными руками за стену, с трудом удержался на ногах. Вслед за ним втиснулись в прихожую двое кавказцев в летних куртках и одинаковых темных кепках. Иван ожидал всех троих, но, по-видимому, один стоял внизу или наоборот наверху у чердака и наблюдал за пролетами лестницы. Заслонив собой входную незапертую дверь, Иван направил на них пистолет, держа его обеими руками. Мелькнула сейчас совсем неуместная мысль, что точно так поступают американские полицейские в детективных фильмах...

— Руки за голову, стрелять буду без предупреждения! — заявил он чуть осевшим голосом опешившим бандитам.

Они переглянулись, но руки поднимать не торопились. Старик тем временем поднял свою палку и вдруг неожиданно обрушил ее толстым концом с рукоятью на голову ближайшего к нему вора.

— Вы что, оглохли, мерзавцы? — неожиданно звонко крикнул он. На лбу у него вспухала шишка, одна щека кровоточила. Видно, о стену расшибся. Удар хотя и получился впечатляющим, особенного вреда крепышу-кавказцу не принес. Руки он поднял, второй тоже стал поднимать и в этот самый момент Рогожин услышал шорох за спиной — дверь-то была не закрыта — и что-то больно укололо его под левую лопатку. «Ребята с чердака... — пронеслась в голове мысль. — Но почему... Это ведь нож!» Грабитель с поднятыми руками, ощерившись, бросился на него, но оглушительно прозвучавший в прихожей выстрел остановил его. Бандит схватился за правое плечо, усатое лицо его искривилось от боли. И тут ворвались ребята, прятавшиеся на чердаке. Один из них скрутил ударившего сзади Ивана ножом в спину бандита, другой, оттолкнув с дороги Ивана, с пистолетом в руке бросился к тому, что стоял в прихожей. Руки подняты, зубы ощерились, как у собаки, в глазах страх и ненависть.