Таня Валько - Арабская сага

– Саида Кристина! Госпожа Кристина! – Без стука ни с того ни с сего в маленький домик поляков влетает саудовка в черной абае, наброшенной на докторскую униформу. На голове у нее – зеленая шапочка, из-под которой виден небольшой белый платок, закрывающий волосы и шею, а на лице – септическая маска.

– Ой! Попала как кур в компот, – говорит она, видя двух заплаканных обнимающихся женщин, а те неожиданно взрываются смехом.

– Как кур во щи, дорогая моя полиглотка, – утирает Крыся свои голубые глаза. – Хорошо, что пришла. Я давно о тебе рассказывала своей подруге и очень хотела, чтобы вы познакомились.

– Я Афра, – представляется по-польски женщина: видно, что очень хочет научиться говорить на этом сложном для нее языке.

– Я Мириам – Марыся. Наполовину полька, наполовину ливийка. – У женщины сразу светлеет лицо, потому что при Афре, излучающей энергию и энтузиазм, нельзя грустить.

– Так, может, с тобой тоже можно поупражняться в польском? – спрашивает сразу девушка, сбрасывая накидку. Потом снимает маску и открывает смуглое молодое лицо. – Если ты так красиво говоришь, то я тоже смогу.

Видно, что она верит в собственные силы, и никакие препятствия не отобьют у нее охоту.

– Конечно, подруга. Может, ты немножко поделишься со мной своей любовью к медицине, а то я только начинаю учиться и до сих пор не вижу в этом ничего увлекательного: зубрежка каждую ночь, к тому же профессора упорно доказывают нам, что никто из нас ни к чему не годен.

– Через это нужно просто пройти. «Переживи это сам…» – напевает Афра по-польски, и видно, что она всесторонне готовится к учебе в Польше. – Ты была уже у нас в отделениях?

– Да, с мужем и Анджеем. Но показывали мне в основном аппаратуру, которая стоит миллионы.

– Что за глупости… Упс, извини.

Афра кротко смотрит на Крысю, а та, ни на что не обращая внимания, кладет ей пирожное и наливает чаю.

– Сегодня у меня суточное дежурство, значит, вечером, уже после обхода, забегу за тобой и покажу тебе больных. Людей, которым мы спасаем жизнь, которым даем шанс и продлеваем их пребывание на нашей прекрасной земле. Утоляем боль и дарим счастье. Даже если недуг не отступает, мы стараемся его ослабить. То, что тебе приходится зубрить, кажется совершенно ненужным и придуманным садистами, чтобы нас, студентов, запугать и отбить у нас охоту учиться. Конечно, не все предметы необходимы, но никогда не знаешь, когда и что тебе пригодится. Это как с покупкой сумки или обуви. Берешь не того цвета, который нужен, потому что тебе просто захотелось, или потому что распродажа, а позже может оказаться, что именно они и станут любимыми. – Афра старается все объяснить Марысе типично женским способом.

– А ты умеешь уболтать, – девушка удивляется сообразительности саудовки.

– Хорошо, что я знаю, о чем вы говорите, – подключается вдруг к разговору Крыся. – Вы незаметно перешли на арабский, мои дорогие.

Крыся смеется, а они удивляются, что не заметили этого.

– Я посмотрю за Надей, а ты, Марыся, спокойно, без спешки постарайся разобраться, в чем состоит работа врача.

В семь вечера, когда на страну опустилась тьма, две арабские женщины-врача в зеленой форме, с покрытыми головами и лицами, скрытыми масками, входят через боковой служебный вход на территорию больницы медико-санитарной службы Национальной гвардии. Они сразу идут в женские и детские отделения, потому что не имеют права находиться в мужской части.

– У нас есть особенно интересный случай.

Афра берет Марысю за руку и ведет за собой.

– Женщина какое-то время назад была облита соляной кислотой…

– Но это же подлость! – возмущается Марыся, а когда через стекло видит под тонким пледом худое тело больной, кровь в ней кипит.

– С обычаями бороться мы не можем, но с их страшными последствиями – всегда пожалуйста. Мы не знаем, как зовут больную, не знаем ее фамилии, из какой она семьи, саудовка она или из другой страны арабка… Ничего. Мы только хотим облегчить ей жизнь, которая без нашей квалифицированной помощи долго не продлилась бы. Этим случаем занимаются ординатор этого отделения и директор больницы доктор Мустафа, преданный своей работе медик, и доктор Карим, феноменальный трансплантолог и исключительный человек, чудесный и доброжелательный коллега… наверное, твой муж… – понижает голос Афра: чувствует, что переборщила с похвалами.

Марыся видит на ее лице алый румянец от смущения. «Карим все же мог бы еще устроить свою жизнь. Оставаясь с ним, я ему только мешаю, – думает она. – Это идеальная партнерша для него! Поедут вместе в Польшу: она на учебу, он – на повышение квалификации…» – планирует она их судьбы.