Хелен Джонс - Если ты мне веришь

— Кристен! — крикнула Люсинда, что заставило меня хоть немного успокоиться, — в тот парк ты больше не пойдешь! Тебе все ясно?! — ее ярко зеленые глаза жгли меня и душу плаксы. Недавно нежные губы тетушки тут же искривились до безобразия, словно Люсинда пыталась на меня тут же напасть как хищник на свою жертву.

Наконец, мой голос начал постепенно приходить в свое обычное состояние, безо всяких заиканий и жалостливого оттенка. Я не хотела ничего отвечать Люсинде, сочтя это для себя низким поступком. Я была очень обижена на нее. И обида разделилась на злость и ненависть.

Тетушка явно ожидала от меня хоть какого — то ответа, но единственное, что я могла сделать — это убежать наверх и запереться в комнате. Не сделай я этого, наверняка, из моих уст посыпалось бы куча зловещих пожеланий в адрес тетушки. А к чему бы привел такой поворот событий, мне остается только догадываться. Хотя даже думать о таком мне не под силу.

Люсинда не побежала за мной. Она осталась в гостиной. И за шумом льющейся воды из — под крана, я услышала нервные всхлипы измученной женщины. И снова она рыдала, как маленький ребенок. Но тогда я даже не могла объяснить своего состояния. То ли мне было жаль ее, то ли я ее ненавидела.

Но я не собиралась сдаваться на этом. Моя ладонь сама по себе сжимала пакет свежих крекеров, припасенных для моего лучшего друга, напоминая о нем. Да, именно лучший друг. Такое описание я могла бы дать тому животному, которое день изо дня заставляло меня жить дальше. Но не просто жить, а жить и радоваться жизни.

Я пролежала на кровати совсем недолго и, вскоре открыв окно, я спустилась по лестнице, оставляя тот дом, наполненный гневом и страданиями. Мне было совершенно все равно, что скажет и сделает Люсинда. Об этом тогда я даже не думала. Мысли в моей голове были только о том парке и чудесном животном.

Кристен взглянула на меня снова, в поисках комментариев к этой истории. Но я совершенно не мог ничего ответить девушке.

Головная боль снова решила меня навестить, и я скорчился от неприятных ощущений.

— Мистер Норвингтон? — забеспокоилась девушка, — с вами все в порядке?

Я кивнул, но девушка не заметила этого, глядя на дверь.

— Сэр, что то не так? — раздался грубый мужской голос из — за двери и она с присущим ей грохотом распахнулась. На пороге стоял большой громоздкий мужчина, который явно хотел бы посоревноваться с этой не менее громоздкой дверью.

— Да, — выдавил я, просто головная боль, ничего страшного. Мужчина тут же поверил и перешел к делу:

— К вам пришла женщина, сэр. Она ждет в комнате для гостей.

Я тут же забыл о боли и с испугом взглянул на Кристен, будто бы она знала, с кем мне придется сейчас иметь дело и чем — томогла мне помочь. Девушка явно поняла мой немой ворпрос и, пожав плечами, указала на дверь, чтобы я сам все разузнал.

— Извините меня, Кристен, позже я к вам приду, — произнес я и поспешил увидеться с той незнакомкой.

В зале стояла чем — то знакомая мне фигура. Седые волосы безжизненно падали на спину, расползаясь по ней. Грязно — зеленое пальто женщины чуть прикрывало ее старые туфли, но все же я мог разглядеть ее худощавые ладышки, которые вот — вот сломались бы от натиска веса женщины.

Она повернулась и в моей голове тут же вспыхнули воспоминания. Черная шляпа женщины слегка съехала набекрень, но ее владелица нисколько не обратила на это внимания.

— Мистер Норвингтон? — спросила она, сомневаясь, кто перед ней. Она, конечно, не знала меня в лицо, но мне эта женщина была отнюдь знакома. В особенности, по ее круглым очкам с толстыми стеклами, в которых большие серые глаза женщины подобали блюдам, из которых я по утрам ем омлет.

— Да, это я, — задорно ответив, я подошел к женщине ближе и взглянул на ее симпатичную шляпку, на полях которой еще блестело несколько капель дождя, — а вы, кажется, миссис Стрэнфолд?

— Прошу, называйте меня Кларенс.

Женщина задумалась. Вероятно, она не предполагала того, что мне известно ее имя. И я не удивлюсь, если вдруг узнаю, что эта старушка не раз репетировала представление самой себя передо мной.

— Так Кристен рассказывала что — то обо мне? — женщина, недавно смущавшаяся, вдруг стала на удивление серьезной, отчего, теперь, слегка заробел я.

— Эм…, — я замолчал. Зал был не совсем хорошим местом для разговоров с этой пожилой особой, поэтому я предложил ей пройти в мой кабинет для обсуждения столь непредсказуемого визита.