Илья Павлов - Зеленая лампа

— Это еще что за новости? — нахмурилась Борисова. — Ну-ка, покажь! Как всё в порядке? Давай-давай… Ё-мое! Это чё у тебя с рукой? Упала? Это когда? Пальцами пошевели. Мизинцем не можешь? Та-ак. Поня-атно. Давай-ка куртку бери и — в травмпункт.

Снимок показал перелом двух пальцев, так что из травмпункта Светик вышла в новой куртке и со свежим гипсом.

— Вот как, скажите на милость, можно было двое суток проходить со сломанными пальцами и не сказать никому? А? Горе ты мое луковое! Садись в машину. Сегодня же переедешь ко мне. Без никаких!

Они сели в «Киа» на передние сиденья. Потом обе одновременно повернулись друг к другу. Светловолосая в желтой курточке и с гипсом на руке выглядела очень забавно. Глаза ее светились радостью. Они вместе засмеялись, и Натаха поцеловала Светку в лоб.

— Я говорила, что люблю тебя? Нет? И не дождешься! От меня ласкового слова — как снега зимой — не допросишься. Цыпленок, ты теперь вылитый цыпленок, чессно слово!.. ЕГЭ-то твои когда? О, Господи, скорей бы. Замучили детей своими дурацкими экзаменами! — и она повернула ключи зажигания.

***

( 24 апреля )

«Так прививку в начале мая лучше делать, что ли? А?».

«Да, там комплексную надо. Я адреса ветклиник сейчас пришлю. Это недорого».

«Не надо мне твои адреса. Сам найду!»

( 4 мая )

«Витамины какие лучше брать? И какую-то подкормку с кальцием надо. Врач этот, Айболит гребаный, посоветовал. Типа собака старая. Надо, значит».

«Ага. Подкормку — это очень хорошо. А витамины — любые. Я брала ей те, которые „утро-вечер“. В зоомагазине спроси — тебе подскажут».

( 8 мая )

«Я двух клещей сегодня с нее снял. Шерсть у нее длинная, блин. Надо чё делать?».

«Лучше от клещей капелек купить и такой ошейник есть специальный. А клещей правильно снял — головки не оставил?».

«Не оставил. Учить меня еще будешь. Капелек ей, блин! Я разорюсь с твоей шавкой… Ты с поводка ее спускала когда — она не убегала?».

«Не-а».

( 20 мая )

«Чего она по утрам делает? Не пойму я. У тебя было так?».

«В смысле? Не поняла».

«Я просыпаюсь — руку с кровати опускаю, а Белка ее, ну, типа толкает, что ли. Лапой своей».

«:))».

«Не понял. Что значат эти твои скобки? Тебя это улыбнуло?».

«Это она так в „Дай пять“ играет. Она и со мной так делала. Знаешь что это значит, Маратик? Ты ей нравишься:))!».

«Я тебе вообще-то в отцы гожусь, шалава малолетняя. А ты мне „тыкаешь“ тут!».

«Если в „Дай пять“ играет — то вы точно с ней подружились! Маратик, пришли мне фоточку с Белкой, а? Я по ней соскучилась!».

«Пошла ты… У меня фотоаппарата нет. А на смартфон — фигня получается».

«Ну, пожалуйста! Одну хотя бы».

«Вечером пришлю».

***

Она сама ему никогда не писала — только отвечала. Его это устраивало. А про лапу, ну про игру в «Дай пять» — это да. Тут, конечно, ему «немного нутро поскребло», как любил выражаться всё тот же незабвенный дядя-охотник.

Марат как-то проснулся утром и вспомнил, что сегодня ему идти на смену. И тут кто-то приложил к его свесившейся с кровати руке что-то шершавое. Он вздрогнул и отдернул руку. Повернулся на другой бок и посмотрел на пол. Там на спине лежала Белка; ее передние лапки смешно перегибались пополам, прижимаясь к груди.

— Ты чего это? А, Белка? — хрипло спросил он. Собака замерла и лежала, не смея вздохнуть. Он снова откинул голову на подушку и спустил правую руку — будто нечаянно. Через секунду по ладони прошлись шершавые подушечки лап. Его губы задрожали в улыбке, и он, не глядя на пол, чуть шевельнул ладонью и задел кончиками пальцев Белкины когти. В ответ — снова легкий удар. Так они играли целую минуту. А потом Марат резко повернулся на другой бок, прижался лицом к стене и задрожал всем телом. Белка тихонько приподнялась и ушла к квартирному порогу — от греха подальше. А потом услышала через открытую в зал дверь судорожные всхлипы и свист воздуха, вырывающегося сквозь плотно сжатые зубы.

В этот же день Марат подал заявление об увольнении — больше на базе «Автодорсервиса» он не появлялся.

***

В конце июня Натаха позвала к себе домой Катьку и Татьяну Федоровну. Светик сдала последний экзамен, так что был повод собраться и отметить.

— Так, дайте Светику попробовать вина! Чуть-чуть! Пусть попробует, теперь можно! — говорила развеселившаяся жительница улицы Тухачевского.

— Но, но! — одергивала ее бывшая учительница математики. — Спаиваете тут мне девчонку. Она, может, только жить начинает.

Светик, улыбаясь, отошла к окну со смартфоном, а потом вскрикнула и прикрыла рот рукой.