Тьерри Коэн - Надломленные души

— Стратегия амальгамирования, [22] Одна из политических стратегий удержания власти. глобализации, — прокомментировала Лана, отвернувшись в сторону. — Полная мешанина.

— Такова их тактика. И она оказывает воздействие на слабые умы. Продолжай.

— Да, похоже, так и есть.

— Они тебе говорят, что ты живешь в свободном обществе. Но на деле у тебя есть только свобода жаловаться на свою жизнь. Демократия — это самое изощренное изобретение мировой элиты, чтобы управлять обществом, согласно своей воле. Люди идут голосовать за людей, которые обещают им лучшую долю, но, дорвавшись до власти, они никогда не выполняют обещаний! Сколько президентов и премьер-министров клялись народу, что покончат с нищетой и обеспечат всем рабочие места? Да все! А между тем нищих становится больше и больше. Да или нет?

— Да, это так. Нас считают быдлом.

— В руках самых богатых людей планеты, составляющих лишь один процент, находятся девяносто девять процентов всех материальных благ мира! Шестидесяти двум негодяям принадлежит столько же, сколько имеют три с половиной миллиарда бедняков! Это называется справедливостью? При чем здесь равенство?

— Верно. Все эти лозунги — полное дерьмо.

Лана играла свою роль образцово.

— И они еще пытаются нас учить? Хотят, чтобы мы чувствовали себя недоразвитыми? Считают нас дикарями, потому что мы откровенно указываем на тех, кто притесняет других? Да они сами дикари и негодяи! Они угнетают самые бедные народы, используют их природные богатства, а самих заставляют подыхать от голода. И они еще говорят о морали! Что, это высокоморально — продавать оружие диктаторам, угнетателям? И все ради нефти? Разве так должен быть устроен современный мир?

Лане вдруг вспомнились рассуждения Димитрия. Он думал примерно то же. Но он никогда не принял бы методов салафитов или исламистов-фундаменталистов, чтобы покончить с несправедливостью.

— Не расслабляйся, Лана, — снова прошептал Микаэль, заметив ее волнение.

— Все это мне известно. Я не умею так красиво говорить, как ты, но я согласна со всем.

— Не нужно верить тому, что они про нас говорят. Мы вызываем у них страх, потому что разгадали их игру. И мы боремся против этой лжи и лицемерия, дабы наша правда восторжествовала повсюду. Придет день, и мы победим, и повсюду воцарится шариат — справедливость, основанная на законе Аллаха.

— Иншалла.

— Недостаточно просто твердить «Иншалла», сестра! Каждый должен действовать всеми доступными ему средствами.

— Каждый вечер я молюсь, чтобы пришли лучшие времена.

— Это хорошо, но этого мало! Мы начали революцию. Пришло время борьбы.

— Я очень хочу помочь, но… не знаю, как взяться за дело!

Прошло несколько секунд.

— Ты готова войти в наши ряды?

— О! Я хочу приносить пользу. Но как? И где?

— Скоро я тебе скажу. А пока включи камеру.

— Зачем?

— Хочу на тебя посмотреть.

— Ты же видел мою фотографию.

— Ты осторожна, я — тоже. Так что включи камеру.

— Все уходят! — приказал Микаэль. — Лана, платок, живо!

Девушка закрыла волосы так, как ее научили.

— Выхожу на связь, — объявила она.

— Мы будем наблюдать с наших мониторов.

Лана увидела на экране компьютера свое лицо. Она ждала, когда покажется тот, кого звали Салебом, но на месте, где должна была появиться картинка, экран оставался черным.

— Я тебя не вижу, — сказала она.

— Это нормально. Главное, что я тебя вижу. Ты у себя в комнате?

— Да.

— Покажи мне ее.

— Зачем?

— Перестань задавать вопросы и делай, что я говорю.

— Ладно, ладно, не злись.

Она развернула камеру туда-сюда, показывая ему помещение.

— Хорошо. А теперь прочти шахаду. [23] Шахада — молитва, исламский символ веры. Может означать также мученическую смерть за веру.

— Вижу, ты во мне сомневаешься!

— Не придирайся. Ты умна, а значит, понимаешь, что я обязан принять меры предосторожности.

Лана начала произносить слова «символа веры», который всегда читают, принимая ислам. Текст молитвы был записан на листочке и находился позади экрана, но она в нем не нуждалась, поскольку намеренно выучила его наизусть.

— Отлично, сестра. А пока я вынужден с тобой попрощаться, у меня есть кое-какие дела. Храни тебя Аллах.

— Черт! Он отключился! — взревел Микаэль.

Лана почувствовала себя виноватой, что ей не удалось его удержать.

— И все же мы значительно продвинулись, — заметил Пьетро. С предыдущими кандидатами, чтобы подойти к такому результату, ему требовалось от недели до трех.