Элизабет Говард - Исход

— Повысить тебе жалованье прямо сейчас я не могу, — объяснил он. — Получится, что ты здесь на особом положении. Других наших служащих отцы деньгами не выручают. Ты сам решил жениться. А об этом следовало прежде крепко задуматься. Так что придется тебе урезать расходы. — Он смотрел поверх стола, как Тедди вертит пустой стакан из-под виски; его лицо, еще недавно светившееся благодарностью, стало надутым.

— Попробую, — отозвался Тедди, — только это не так-то просто. — Он поднялся. — Ладно, пойду.

— Погоди минутку. Я выпишу тебе чек. Но имей в виду, это для оплаты счетов.

— Спасибо, что выручил деньгами, — принимая чек, сказал Тедди. — Разумеется, ими я оплачу счета.

— Может, предложишь Берни поучиться вести хозяйство у твоей матери?

— Пожалуй. — Судя по его тону, затея была безнадежная.

Он подвез Тедди до Тафнелл-Парка, в итоге опоздал к Диане.

Высадив Тедди, он вспомнил, что у Бернардин, кажется, двое детей от первого брака, которых она, похоже, бросила. О них вообще не упоминали. Может, это значило, что она не любит детей или не хочет других. И это было бы к лучшему, мрачно заключил он.

Для опозданий вечер не годился, потому что порадовать Диану, ждущую от него новостей, ему было нечем. Он-то думал, что, расставшись с Вилли и поселившись вместе с Дианой, он осчастливит хотя бы одну из них, но не тут-то было, по крайней мере, получилось совсем не так, как он рассчитывал. Разумеется, она была в восторге, когда он обо всем рассказал ей и перебрался в дом, который она подыскала для них несколько месяцев назад. Дом был просторный, довольно современный, построенный в тридцатых годах — не в его вкусе, но ей этот дом полюбился, потому что, по ее словам, в нем было легко поддерживать порядок. Из трех этажей самый верхний, как сразу заявила она, годится, чтобы поселить экономку, и сразу же наняла некую вдову миссис Гринэйкр, чтобы ходила за покупками и готовила еду. Для уборки и прочей работы по дому она подыскала поденщицу. Джейми отправили в частную школу, так что дома осталась одна Сюзан, но и для нее Диана нашла дневную няню, которая присматривала за девочкой ежедневно с девяти до четырех. Полный дом народу, думал он, а ведь еще надо обеспечивать Вилли. Пришлось влезть в основной капитал. Но едва поселившись в новом доме, Диана озаботилась его разводом. С самого начала она полагала этот вопрос решенным, а ему не хватало духу разуверить ее. Он рассчитывал, что Вилли сама захочет развестись с ним, но за последние месяцы по разным косвенным приметам убедился, что нет, не захочет, — или, во всяком случае, не сделает первый шаг. А на прошлой неделе Диана открыто заговорила все о том же. Они раздевались после званого ужина с ее друзьями, и он заметил, что она слишком уж молчалива.

— Устала, милая?

— Немного.

— Мне понравились твои друзья.

— Падди и Джилл? Да. Жаль только, что Кэрью не пришли.

— Это да. А почему не пришли?

— Думаю, идея сожительства без брака им не по душе.

— Ну и глупо с их стороны. — Он ушел в ванную, вынул вставные челюсти и почистил их, чего обычно не делал при Диане, в отличие от Вилли. Когда он вернулся, она все еще сидела у своего туалетного столика.

— Эдвард! Что происходит?

— С чем?

— С разводом.

Он ответил, что поздновато уже заводить такие разговоры, но она возразила: нет, нисколько, ей вправду хочется знать.

— То есть я, конечно, понимаю, что понадобится время, но я предпочла бы знать, что начало уже положено. А это не так, да?

— Официально — нет.

— Хочешь сказать, вообще нет, — так? А с юристами ты беседовал? Или с ней?

— Если уж тебе так хочется знать — нет.

— Но если нет, значит, ничего и не будет.

— Всегда есть шанс, что она сделает первый шаг.

— Ты всерьез намерен просто сидеть и ждать этого?

Он не ответил.

— А если так и не сделает?

— Не знаю я! Ну подумай, откуда мне знать, черт возьми?

Ему казалось, что его загнали в угол, что все, даже она, сговорились, лишь бы вызвать у него чувство, что он допустил ошибку. Проклятье, а ведь ей полагалось быть на его стороне! И как раз когда ему уже начинало казаться, что он больше не выдержит, она переменилась: встала, подошла к нему, заключила в объятия.

— Бедненький! Я понимаю, как тебе трудно. Ты держался замечательно, что бы ни происходило… — И она наговорила еще много в таком же роде, так что ему полегчало. Они легли в постель, он занялся с ней любовью, и она отзывалась охотнее, что было приятно, а потом, когда она лежала в его объятиях, он пообещал договориться о встрече с Вилли, чтобы потолковать насчет развода.