Кэтрин Сэнтер - Счастье для начинающих [litres]

Кстати о прозвищах – в первое утро того бесконечного трехдневного марш-броска к Расписному Лугу я наконец обзавелась собственным: Гоп-Стоп. В духе: «Ну, что опять стопоришься? Гоп-гоп, шевелись!»

Я так устала в тот первый день после эвакуации Хью и вообще так пала духом, что не могла придумать, зачем вообще иду, хотя и тащилась в хвосте за остальными. Хочу, чтобы меня эвакуировали, то и дело думала я, жалея, что тут нет Хью и что нельзя его выругать, что причинил столько проблем.

Мне досаждали всякие мелочи. В ботинок то и дело что-то попадало. Или рюкзак как будто сидел криво. Я то и дело останавливалась, чтобы что-то поправить. Надо было заново завязать хвост. Шляпа сидела слишком плотно. В тот день Беккет шел позади, и всякий раз, когда я останавливалась или даже сбавляла шаг, кричал:

– Ну чего стопоришься?

– Извини, – кричала я в ответ. – Трусы поправляю! – или еще какую-нибудь глупость.

К полудню меня окрестили. Ему уже не надо было больше даже спрашивать. Что бы там ни было, он уже знал, что это чушь.

– Шевелись, Гоп-Стоп! – кричал он. – Сейчас будет привал, Гоп-Стоп!

Под вечер, когда мы начали разбивать лагерь, Беккет напомнил всей группе наполнить бутылки водой.

– По края залейте, ребята! Завтра опять жаркий день! – Потом при всех повернулся и указал на меня: – Гоп-Стоп, тебя это тоже касается!

Так оно и прилипло. Группа была в восторге. В особенности парням нравилось безо всякой причины подойти ко мне и спросить: «Чего стопоришься, Гоп-Стоп?»

Так исполнилось мое желание иметь прозвище, – но, как это так часто случается с желаниями, все обернулось не так, как я надеялась.

– Можно смотреть на это иначе, – предложила Уинди. – Например, превратить во что-нибудь из фильма про банды. Ну, вроде: «Стоять, это гоп-стоп». Сложив пальцы обеих рук пистолетом, она наставила его на меня. Потом цокнула языком, изображая выстрел: – Бах! Бах.

– Но мы же знаем, что все не так. – Я не бандитка. Я просто очень плохой ходок.

– Люди забывчивы, – сказала Уинди.

– Не настолько же.

– А что, если, – начала она тоном, подразумевавшим «ну давай поиграем», – Йетти подойдет к тебе и скажет: «Что стопоришься, Гоп-Стоп?» – а ты развернешься и его пристрелишь? – Она снова изобразила: «Бах! Бах!» – потом крутанула на пальцах воображаемые пистолеты и вернула их назад в кобуру.

Я задумалась.

– Мне такого не провернуть, – сказала я наконец.

– На что спорим?

Покачав головой, я сморщила нос, всем своим видом говоря – едва ли.

– А можно мне тогда? – спросила она. – Просто чтобы проверить? Ради эксперимента?

Я пожала плечами:

– Валяй.

С этого момента Уинди, всякий раз произнося мое прозвище, складывала из пальцев пистолет. Иногда она стреляла в воздух, как Йосемити Сэм 6 6 Карикатурный злодей Дикого Запада, персонаж мультипликационных сериалов «Луни Тьюнз» и «Мерри Мелодиз». , и кричала: «Вы у меня узнаете, что такое Гоп-Стоп!» Иногда она доставала воображаемые пистолеты из воображаемой кобуры, наставляла, держа у бедра, на кого-нибудь, и спрашивала: «Где моя детка Гоп-Стоп?» Иногда выпрямляла одну руку, смотрела на кого-то поверх ствола и говорила: «Пойди найди мне Гоп-Стоп».

И вот ведь что – получилось. Еще до того, как мы добрались до Расписного Луга, Уинди превратила меня в заправского стрелка. Очень быстро гангстерские шуточки сменились шуточками в духе Дикого Запада, а я – стараниями Уинди – превратилась в Энни Оукли 7 7 Американская женщина-стрелок, прославившаяся своей меткостью на представлениях Буффало Билла. . Остальные с радостью подхватили. Когда был мой черед готовить, слышалось: «Хорошая жратва, Гоп-Стоп». Когда помогала с «медвежьей подвеской», то кругом орали: «Зааркань его, Гоп-Стоп». Когда нам приходилось карабкаться на особо крутой склон и мне удавалось проделать весь путь без остановки, Беккет выкрикивал: «Так держать, Гоп-Стоп! Поддай шпор!»

Довольно скоро не одна только Уинди, говоря обо мне – или со мной, выхватывала воображаемые пистолеты. Встречая меня по пути к месту, где готовили еду, Вегас наставлял на меня два воображаемых пистолета и говорил: «Гоп-Стоп». Когда Йетти встречался со мной взглядом, то указывал на меня двумя пальцами и произносил: «Бах! Бах!» А Джейк, он же Джей-Дог, он же в последнее время Лучник (я не могла взять в толк, откуда взялась эта кличка) касался дулом воображаемого пистолета полей воображаемой шляпы.

– Почему они называют тебя Лучник? – спросила я утром накануне того для, когда добрались до Расписного Луга.