Евгений Князев - Красный пассажир

— А что же вы хотите, чтобы это вместо меня написали помполит, или другие стукачи, которыми переполнен пассажир. Нет уж лучше я сам.

— Они и без вашего отчета все напишут, только вот если не будет записей, и вы не признаетесь дотошным следакам различных мастей, никто и никогда не докажет, что здесь когда-то и что-то происходило. Пассажирский договорится с Пузиковой, у него есть свои рычаги, я с директором ресторана рассчитаюсь лично, так что все останутся довольны, а для вас обещаю написать прекрасный отзыв, с которым вы уже через год пересядете на самый лучший лайнер пароходства. Ну что, по рукам.

— Не знаю, надо подумать, — Семенов потер виски, налил себе в стакан воды из графина и залпом выпил.

— Да ты, Виталий Николаевич, лучше коньячку хлебани, первейшее лекарство от стресса, ты ведь будущий капитан лучшего красного пассажира пароходства и если не научишься снимать стресс через пару лет, а то и раньше тебя спишут в запас.

Семенов с нескрываемым отвращением взглянул на Смагина.

— Я уже пятнадцать лет на море и не вам учить меня что делать. И что это за красный пассажир, что есть еще и белый и черный.

— Не обижайтесь, Виталий Николаевич, красный он и есть красный, вы сами все очень скоро поймете, конечно же, я новичок в морском деле, только не забывайте, что в моей биографии морского стажа поболее вашего на различных судах и если в открытом море вы сможете пришвартоваться к идущей полным ходом плавбазе или встать под перегруз между двумя БАТМами, я пожму вам руку, а пока не очень-то хорохорьтесь, здесь нет ни лоцманов, ни капитанов — наставников, все придется решать самому и, кстати, вопрос по нашим воякам решать только вам, хотя я сразу вас предупреждаю; если в вашем отчете появится хоть строчка об этом инциденте я, как фрахтователь, всю вину скину на вас, и не сомневайтесь, что поверят мне, так что думайте быстрее, шевелите мозгами. В море нельзя так долго обдумывать свои решения — это чревато пагубными последствиями.

Когда Смагин вышел, Семенов плюхнулся в кресло и откинул голову на спинку. «Что за невезуха, первый рейс и сплошные проблемы, как хорошо было на японской линии. Приход — отход, валюта за проход каналов, плюс премиальные от фрахтователей, зачем он согласился сменить транспорт на этот дурдом, где не с кем и поговорить по душам, все только и ждут, где ты спотыкнешься, чтобы добавить тебе ускорение под зад».

А этот Смагин может в чем-то и прав. Нет потерпевших, нет обвиняемых, нет документов — не будет и дела. А мало ли что в рейсе происходит, если все сообщать нашим партогеносам и руководству бумаги не хватит. Помполит, старый педофил, все равно где — нибудь сейчас с поваренком заперся и ни сном не духом не ведает, что происходит на судне. Главное договориться со старпомом и главмехом, а что до кляуз, так они всегда были и будут».

На вечернем промсовете Смагин по циркуляру разослал разнарядку на суда экспедиции и объявил время перегруза пассажиров.

— Попрошу всех быть предельно внимательными при швартовке к борту пассажира, — предупредил всех начальник рейса, — обшивка корпуса на нашем лайнере сейчас, как картон, к вам мы тоже подойти не сможем слишком жесткие у вас кранцы на базе, так что погрузку будем осуществлять мотоботами группами по десять человек, не более. Если вопросов нет, жду первую группу с ПБ «Рыбак Приморья», затем пойдет «Спасск» и последним японец — «Хайя-Мару», у меня все, прием.

Начальник промрайона Андрей Фисталов дослушал до конца доклад Смагина и опять вышел на связь.

— Игорь Львович, у меня к тебе личная просьба. На моем борту внезапно объявилась беременная женщина, срок пока допустимый, надо забрать до Владивостока.

«Во, дают, рыбаки, мать их…», — смачно вслух выругался Игорь, предварительно отключив питание на микрофон. — Он обернулся к начальнику радиостанции, который, пряча улыбку, что-то записывал в вахтенный журнал. — Ты представляешь, Максимыч, «внезапно объявилась», а до этого никому в голову не приходило, что живот у женщины может расти не только от обжорства, но и от беременности. А что, если эта любимица публики рожать вздумает, мне что в ближайший порт из-за нее пилить, топливо жечь.

— Я знаю, о чем ты думаешь, Игорь Львович, — послышался голос Фисталова в микрофоне. Он выдержал небольшую паузу, а затем продолжил — Анна Васильевна клятвенно заверяет, что продержится недельку другую, рыбачки — женщины выносливые, — начальник района явно желал поскорее избавиться от ненужного балласта, поэтому добавил, — мы к ней в придачу хорошенькую медсестру приставим для сопровождения, вдвоем они как — нибудь разберутся.