Александр Бушков - Месяц надежды [litres]

Когда он открывал ей дверцу, три девицы, проходившие к остановке, покосились на них как-то очень уж пристально.

Оля уже вполне привычно устроилась на сиденье, аккуратно захлопнула дверцу, перехватила его взгляд и с ухмылкой пояснила:

– Одногруппницы.

– Я тебя, часом, не скомпрометировал? – поинтересовался он, ухмыляясь во весь рот.

– Шутишь ведь, господин старший сержант? Нынче такое для приличной девушки никакой не компромат. В двадцать первом веке живем. Просто стопудово завистливые шепотки пойдут. Мол, Камышеву после занятий шикарный черный «Лексус» подхватывает.

– Тебя такое напрягает?

– Вот уж ни капельки! – Оля придвинулась, подставила ему щеку. – Ну и что ты сидишь? Я думаю, что мы теперь должны встречаться и расставаться непременно с поцелуями, раз уж, как ты вчера изящно выразился, сделали шаг вперед.

Он охотно поцеловал ее в щеку и спросил:

– Как дома?

– А что дома? – Оля пожала плечами. – Не случилось же ничего сногсшибательного, прежде невиданного. Папенька по причине отгула водочку легонько кушал в кухне да слушал шлягеры своей юности, как и всегда. Врубил плеер, наушники воткнул и ушел в нирвану. Ему в таких случаях слона приводи – не заметит. Мама, по своему обыкновению, была на высоте. Она же хладнокровная как удав, ты ее очень удачно адмиралом назвал. Вышла в халатике, обозрела меня и посоветовала: «Возьми в холодильнике лимон, откуси. А то у тебя на мордашке блаженство зашкаливает». Она всегда такая была. Когда я в шестнадцать первый раз заявилась за полночь, вся обцелованная и с оторванной пуговицей на блузке, эмоций и нотаций не было. Я просто услышала короткую лекцию на тему о том, как должна вести себя порядочная девушка.

– Помогло? – с любопытством спросил Алексей.

– А ты знаешь, помогло, сначала немножко, а потом и множко… Ой! – спохватилась она. – Может, тебе неприятно было слушать про оторванную пуговицу, да и вообще?

– Да ну, глупости, – ответил Алексей. – Скажу тебе по секрету: я, вообще-то, мужик ревнивый. Не так чтобы люто, как у кавказцев или там сицилийцев, но все же имеет место быть. Вот только к прошлому ревновать – занятие самое дурацкое. Я ведь понимаю, что ты не с Марса ко мне упала, на грешной земле жила, не в монастыре. Как и я сам.

– Молодец, вот и правильно. – Оля поцеловала его в щеку. – Ну а Демон… Я тебе еще вчера говорила. С ходу начала подкалывать. Мол, в твоем возрасте целоваться по подъездам уже несолидно.

– А ты ей сказала, как я учил?

– Сказанула. Только с нее как с гуся вода. Задрала носик и заявила, что завистью не мается, а потом добавила с многозначительной такой рожицей, что у нее самой все прелестно. Ей вовсе незачем мне завидовать. Я сплетничать не люблю, но о Демоне сам бог велел. Сколько она из меня крови выпила!.. Знаешь, тут так. С одной стороны, она не врет, кто-то у нее определенно есть. Мой стол у окна стоит, а окно на улицу выходит. Три раза за последний месяц видела, когда сидела и занималась, как Женька из синего минивэнчика выпрыгивала и ослепительную улыбочку посылала водителю. Конспирацию блюдут, во двор не заезжают. А может, и чаще было, чем три раза, я ж не слежу специально. Чуточку интересно, что у них там. Может, все уже и по-взрослому. Ей шестнадцать с маленьким хвостиком. Сам знаешь, в наше время многие девочки в ее возрасте успевают пару-тройку любовников сменить.

– А сама она не хвасталась?

– Отделывалась исключительно туманными намеками вроде вчерашнего. Да я особенно и не стараюсь допытаться, мне как-то фиолетово, уже или еще нет. Лишь бы не связалась с каким-нибудь козлом. Сестренка все-таки, я ее люблю на свой манер, хоть она и попила из меня кровушки. Ну а с другой стороны, Женечка стопудово свистит, что не завидует. Она мне всю жизнь завидовала. В рамках, без злости или там неприязни. У меня грудь уже есть, а у нее еще нету. Меня мальчики зовут в кино или на дискотеку, а она еще маленькая. В таком вот ключе. Я привыкла. Вот и сейчас, к бабке не ходи, опять завидует. Тот минивэнчик против твоего «лекса» никак не пляшет. – Она мечтательно протянула: – Пошпионить бы за ней из чистого любопытства, да неудобно как-то. Возьмись она за нами приглядывать, я бы не на шутку рассердилась. Ой, да ну ее, нашли тему. – Оля с любопытством спросила: – А что мы сегодня делаем? Ты чего-нибудь оригинального опять не выдумал? У тебя здорово получается.

– Увы, увы, Ольга Петровна, – сказал он грустно. – Все как раз наоборот. У меня сегодня весь вечер занят, как это ни прискорбно.