Хэрриет Эванс - Лето бабочек

– Плакаты? Воздушные шары, мне надо купить воздушные шары?

– Нет. Ты же знаешь, что у мамы на них аллергия. – Это была явная ложь, которую Малк не решался проверять каждый год.

– Справедливо. – Он широко и довольно мне улыбнулся. – Эй, мы же можем заказать пиццу. И пить разные эли.

– Эм… ну да. Если хочешь.

– Конечно, хочу. – Он потер руки. – Будет здорово, вот увидишь. А как насчет пригласить Себастьяна?

– Ну, опять же, если хочешь, Малк.

Но Малк махнул рукой:

– Нет, глупо, что я это предложил. Несправедливо по отношению к тебе. Я все еще жду, что мы с ним столкнемся, потому что мы в Хите. С ним и с леди Стервой. – Его глаза сверкнули, когда я скорчила рожу. – Забудь об этом.

– Все в порядке, Малк. Он был хорошим человеком. И есть.

– Ах ты, девчонка. Это так. Так и есть. – Он похлопал меня по плечу и вздохнул. Я почувствовала, что он собирается Кое-Что сказать, поэтому сменила тему.

– Малк, можно тебя спросить?

– Конечно.

– Та фотография.

Он побледнел.

– …с той девочкой на реке.

– Я думал об этом. – Малк заложила руки за спину. – Ты больше ничего не слышала от той женщины?

Я сделала шаг в сторону.

– Не могу перестать думать об этом. Не знаю, что мне дальше делать.

– Странно все это, да?

Мы оба замолчали. Мы знали, что если сейчас начнем об этом разговаривать вдвоем, то это будет как бы за спиной у мамы, хотя я не могу объяснить почему.

– Малк, ты думаешь, мама что-то знает?

Он покачал головой:

– Твоя мама никогда о ней не слышала и не видела ее. Я точно знаю.

Теперь мы шли вверх по холму, по направлению к Кенвуду, и казалось, что он задыхался.

– Что, по-твоему, она хочет тебе сказать?

– Не имею понятия! – Я всплеснула руками. – Кипсейк? Что это такое?

– Загугли.

– Уже. Я все просмотрела. Вообще ничего.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, я загуглила Кипсейк. И Кипсейк Дом, и Кипсейк Место. О, и еще сотню комбинаций этих слов. Тедди, лодка, река, бабочки, семьи, мертвый отец, и ничего не выходит. Ну, только если ты не интересуешься плюшевыми мишками в виде сувенира или вообще сувенирами. А так ничего.

– Гугл не знает все на свете, я это понял по собственному горькому опыту, – сказал Малк. – Но да-а-а. Это странно.

– Но та книга, которую мы читали с миссис Полл, которую мне оставил папа… ее звали Нина. И дом назывался Кипсейк. – Малк кивнул, хотя раньше я ему этого не рассказывала. – Сначала фотографии, теперь снова я нашла эту книгу… все эти послания, – выпалила я. – Как будто все, что я знаю, это ложь, или есть что-то, чего я не знаю.

– Послания ? Ты правда в это веришь? – Малк смотрел недоверчиво. Я остановилась, посмотрела на него и моргнула. Верила ли я, что Малк тоже лгал мне? Что, как я думала, от меня прятали нечто? И вот опять нотки сомнения заполнили мое сознание. Не будь дурой, Нина.

– Я это все не сама придумала, – сказала я жестко, больше самой себе, чем Малку. – Я не могла. И ты думаешь… – Я пожала плечами. – Что-то есть в Интернете. Но там ничего нет. Я не знаю, что мне делать.

Думаю, я надеялась, он скажет мне, что делать. Но после минутной паузы Малк просто сказал:

– Думаю, надо ждать, пока она сама не выйдет с тобой на связь. Попробуй сходить в то же место в библиотеке.

– Я ходила. Я туда теперь каждый день хожу. И после работы. Я там все время торчу.

– И?

– Она прислала мне еще фотографию, десять дней назад, – сказала я быстро. – Я не говорила маме, Малк.

– Ого. – Малк поднял брови. – И кто на фото?

Я рассказала ему, описав фотографию, маленькую девочку и ее бабушку, угол дома, послание от мисс Трэверс. Это твоя семья, Нина Парр . На щеке Малка пульсировала вена, пока он меня слушал.

– Дело в том, – подытожила я, – как, черт возьми, я смогу решить эту загадку, если я даже не представляю , о чем она вообще?

– Хорошо, – наконец сказал Малк. – Очевидно, что эта женщина знает что-то про семью твоего отца.

– Но разве это не совпадение, что она вот так просто столкнулась со мной в библиотеке?

Он покачал головой и положил свою руку мне на руку.

– Нина. Что я тебе всегда говорил? Совпадений не бывает. Поверь мне. Ничего не происходит без причины.

Я отпрянула от него; он всегда это говорит, и мне это не нравится, потому что тогда у нас в жизни нет выбора.

– Ну, как бы там ни было, маму я спросить не могу. Насчет всего этого она молчит, как рыба.

Потом я посмотрела на него в упор, призывая его со мной не согласиться.

– Чем старше я становлюсь, тем больше хочу разузнать об отце. Эта женщина что-то знает, а маме, кажется, совсем не интересно, потому что она меня даже об этом не спрашивает. Но я уверена, что она тоже хочет знать больше.