Хэрриет Эванс - Лето бабочек

Миссис Полл провела прохладной рукой по моим волосам, но не сразу ответила.

– Звучит не очень весело, – сказала она наконец.

– Конечно, нет, – ответила я, разозлившись, что она не совсем меня поняла. – Она отвратительная, миссис Полл.

– Думаю, ей одиноко. – Миссис Полл с трудом поспешно выбралась из постели и повязала халат. – Знаешь, что я тебе скажу, надо дать ей имя.

– Имя?

– Да. И она может занять соседнюю комнату. И повесить там кое-какую одежду.

Я встала на колени в кровати, от удивления вперившись глазами в широкую нейлоновую ночнушку миссис Полл.

– Я не хочу, чтобы она жила в соседней комнате, – сказала я. – Разве ты не понимаешь? Она страшная. Я ее ненавижу!

Миссис Полл схватила меня за руку своей большой и сильной рукой. Она подошла поближе ко мне. Я увидела в ее глазах полосы, ее ресницы, пахнущие розовой водой, которой она вся пропиталась. Она сказала почти в ярости:

– Послушай меня, Нина Парр. Ты должна встретиться со своими страхами. Ты не должна позволять им взять над тобой верх. Я каждый день переворачиваю страницу. Каждый день . Ты поняла меня? Ты должна сделать то же самое, дорогая. Смотри. Пойдем со мной.

Я никогда не видела ее такой. Она вытянула меня из постели, и мы пошли в соседнюю комнату, в ту, где я обычно спала. Она распахнула дверцы встроенного в стену шкафчика, выдвинула маленькие ящики туалетного столика, отодвинула шторы.

– Эй! – сказала она громко. – Вот так, юная леди. Это твоя комната. – Она посмотрела вокруг. – Ты меня слышишь?

– С тобой все хорошо, миссис Полл? – проговорила я. Я подумала, что она сошла с ума, как Вайлет, бабушка Джонаса, когда начала раздавать соседям свои вещи.

– Чшш. Эта девочка, которая так тебя тревожит, как же мы ее назовем? Давай придумаем ей имя.

– Назовем? – сказала я в ужасе. – Я не хочу никак ее называть! Миссис Полл, прекрати.

– Как насчет Мэтти? – спросила она.

– Нет! Я не…

Она наклонилась ко мне, откинув волосы с моих глаз. Она была прекрасна в темноте, ее волосы падали ей на лицо. – Ради меня, дорогая. Просто попробуй. Дай ей неделю. Хорошо?

Вместе с этим « ты должна встретиться со своими страхами », проповедь насчет «дай ей неделю» была основным приемом в тактике переговоров миссис Полл. Через это она заставляла меня передумать по поводу нежелания идти в школу, насчет моих планов сбежать из дома, когда мне было шесть, – и еще каждый год насчет каникул с мамой.

Я стояла в дверном проеме, сжавшись, прижав подбородок к груди, и вдруг почувствовала, что устала.

– Хорошо, пусть. Мэтти пойдет.

– Отлично. – Она взяла книгу «Нина и бабочки», нашу любимую, потому что в ней была девочка по имени, да, Нина – и потому что мой отец любил эту книгу в детстве, я знала это, и еще потому что она всегда была на Ноэль-роуд, одна из немногих вещей, которая от него осталась. В какой-то момент, наверное, ее отнесли в квартиру миссис Полл. – Мэтти, это твоя комната, и еще Нины, – сказала миссис Полл. – Входи, чувствуй себя как дома.

– С кем ты разговариваешь?

Она не обратила на меня внимания и широко раскинула руки, улыбаясь в потолок. В своем синем бархатном халате, с волосами, разбросанными по плечам, она была похожа на ведьму – на добрую, конечно.

– Послушай меня, Мэтти. Мы повесим для тебя кое-какую одежду в шкаф. Ты можешь играть с игрушками Нины, пока она в школе. Ты можешь читать эту книгу, в ней есть девочка, которую тоже зовут Мэтти. Только не беспокой нас, когда мы спим. Или мы откроем окно и выбросим тебя в канал. – Она оглянулась на меня. – Нина? Ты хочешь что-нибудь добавить?

Я стояла посередине комнаты, смотря на свою маленькую односпальную кровать, на оранжевый книжный шкаф, на лампу, немного покачивающуюся под потолком. Я посмотрела на миссис Полл, великолепную в своем королевском синем наряде, и она мне улыбнулась.

Я широко раскинула руки.

– Да, Мэтти. А сейчас послушай меня. Мы можем вместе играть, когда я тут и когда я скажу. И я буду приносить тебе прекрасные шелка и плащи из древних земель и масла и драгоценности от далеких королей. И ты меня не беспокой. И миссис Полл тоже.

– Вот и хорошо. – Миссис Полл сложила руки и кивнула, потом посмотрела наверх и оглядела комнату. – Возвращайся в мою комнату. Я записала «Коронейшн-стрит» и собираюсь его посмотреть, и в качестве очень-очень-очень большого одолжения ты тоже можешь.

Я вышла за ней из комнаты, но в дверях она обернулась и взглянула на все еще качающуюся лампу под потолком.