Хенрик Лангеланн - Гений

— Комната «Sat.com»? Что это значит? Сюда доступ имеют только Аугустус, Бьёрн и Конрад.

— И еще доступ туда имеет секретарь шефа концерна.

Регина набрала длинный цифровой код, и мерцающий тревожно красным светом индикатор перешел в зеленый. Потом послышались механическое гудение и слабый щелчок.

— Прошу, — она придержала для него дверь и нажала на выключатель.

По всей комнате распространился красноватый свет.

— Присаживайся. — Она показала на один из шести стульев вокруг стола в середине комнаты.

В потолке ровно гудела система вентиляции. На множестве панелей и аппаратов мерцали индикаторы. Кристиан представил себе, как Бьёрн, Конрад и Буссе сидят здесь и шпионят за «Ашетт». Из небольшого металлического шкафчика Регина достала компактный диск. Он упал на поверхность стола и начал вращаться как огромная монета. Затем он успокоился. Кристиан наклонился над диском. На верхней стороне что-то было написано толстым маркером.

— Компакт-диск?

— Нет, дивиди.

Регина больше не улыбалась. Все то секретарское, что она излучала днем, ушло. Регина двигалась резко и грубо. Она вставила диск в проигрыватель и взяла пульт. На большом экране, вмонтированном в стену, она нашла меню и нажала «Пуск».

Кристиан тупо смотрел на экран. Там шевелилось что-то красное. Потом он понял, что это волосы. Длинные красные волосы. Кристиан вопросительно посмотрел на Регину, но та смотрела на экран. Постепенно угол видения камеры стал больше. Волосы принадлежали женщине, и они скрывали лицо. Кто-то что-то говорил, но звук был некачественный, и разобрать слова было невозможно. К тому же и камера гудела. Сначала в поле зрения появились обнаженные женские плечи. Потом верхняя часть груди. Кристиан снова взглянул на Регину. Он ни малейшего понятия не имел о том, что все это может значить. Но Регина продолжала бесстрастно смотреть на экран. Тут появилось что-то черное и сверкающее. Оно закрыло нижний край экрана. Сначала это было нерезко, потом вошло в фокус. Женские руки с ярко-красными ногтями хватали это сверкающее и рвали его на части. Раздался резкий звук. Застежка от молнии. С головы кто-то медленно снял резиновую купальную шапочку, и под ней обнаружился затылок. Мужская голова. Коротко остриженные темные волосы.

Кристиана словно окатило ледяной волной, когда он узнал кадры из той поездки в Париж.

— Там на стене было только зеркало, — сдавленно произнес он.

— А что, ты думаешь, находилось за зеркалом? — спросила Регина все так же бесстрастно.

— Камера?

— Браво! Веб-камера.

— Но это же недоразумение! — закричал он. — Меня обманули.

— Нас всех постоянно обманывают, Кристиан.

Камера переместилась и показала пальцы крупным планом. Они оттащили голову от женской груди. Было много помех, но очевидно, что говорили по-французски. Третья женская рука в черной перчатке появилась с другой стороны. Она держала хлыст.

Кристиан закрыл глаза руками. Он был больше не в состоянии воспринимать что-либо. Но он все равно слышал глухой звук ударов хлыста. Он зачем-то принялся их считать, хотя прекрасно знал, что их было пять. Потом он снова открыл глаза.

Внезапно экран погас. Кино закончилось. Оба сидели молча, абсолютно неподвижно. Никто из них ничего не говорил.

Наконец Кристиан посмотрел на Регину.

— Зачем они это снимали? Зачем?

— Зачем они это снимали, спрашиваешь? Ты ведь работаешь с новой экономикой и должен знать, как информация может поступать в Интернет. Порно-клипы в сети, думаешь, возникают из ничего, из космоса? Все это снимается. По правде говоря, тысячи людей сидели у экранов компьютеров и видели тебя в прямом эфире той ночью, с десятого на одиннадцатое марта.

Кристиан выдохнул.

— Помнишь девушку, которая сделала тебе ручкой в самолете домой из Парижа? — Регина улыбнулась. — Ты, кстати, понял, кто она? Разве ты не узнал этот профиль? Это и была та дама из «Курсива». Ну та, которая еще с рекламой «Дольче энд Габбаны» в Париже. Ты же знаешь, о ком я говорю, да?

— Так это ты положила «Уоллпейпер» на мою полку для почты?

— Естественно. Кто же еще? Стина? Нет, она совсем еще свеженькая. Она только играет. С огнем. — Регина улыбнулась и тряхнула головой. — Я думала, ты все поймешь, когда увидишь рекламу «Дольче энд Габбаны», не говоря уже о других намеках, которые я тебе делала.

— Но ты-то как получила доступ к этому клипу?

— Это было просто. Я видела тебя, когда ты выходил из проулка на улице Сен-Дени.