Дженнифер Иган - Манхэттен-Бич [litres]

Никаких сигналов помощникам она подавать не стала; положила коробку в сумку с инструментами и затянула вытяжной вентиль ровно настолько, чтобы можно было сделать несколько мягких, плавных шагов. Под подошвами ощущался какой-то хлам, а под ним проступала донная топография залива Уоллабаут. Что там на самом деле? Ей хотелось стать на колени и своими руками ощупать дно. Она приподняла “пуповину”, чтобы та не запуталась, и не спеша развернулась на 360 градусов, ощущая на себе давление речных течений и океанского прилива.

“Пуповина” резко дернулась три раза: Готовься к подъему. Все, конец ее развлечениям. Воздушные пузыри ее выдали. Она живо представила себе, как рассердился Баскомб, заметив, что пузыри отдаляются от трапа. Для него главное – выполнить задание в отведенное время, желательно раньше другой группы. Анна огляделась, ища линь спуска, но трехдюймовый трос в коричневой оплетке исчез. Она вроде бы почти не двигалась, но все-таки отдалилась от места спуска и теперь, куда ни шла, шаря в воде руками, троса так и не нащупала.

Семь подергиваний: наверху догадались, в чем дело, и, чтобы ей помочь, стали подавать сигналы поиска. Анна в ответ дернула семь раз, в ответ получила три подергивания: поверни вправо. Но откуда им знать, в какую сторону она сейчас смотрит? Тем не менее она покорно повернулась и пошла, поводя руками: вдруг удастся зацепить трос. От одной мысли, что ее придется поднимать наверх с помощью спасательного троса, сердце забилось так, что его стук громко отдавался в ушах: то-то будет позор!

И тут Анну осенило: она ведь может подняться на поверхность без спускового троса, просто с помощью клапанов: стопорного и вытяжного. Пусть скафандр надувается, но в меру, иначе едва ее боты оторвутся от ила, она пробкой взлетит со дна и распластается на поверхности, а ей надо спокойно подняться наверх. Положив руки на оба клапана – впуска и выпуска воздуха, – она надула скафандр и стала не спеша подниматься сквозь постепенно светлевшую воду.

Вот уже шлем высунулся из воды, в иллюминатор ударил свет. Перед Анной поворотный кран со стрелой – значит, она поднялась спиной к барже. Сделав несколько гребков руками, она развернулась и всего в двадцати футах от себя увидела баржу. Плыть в скафандре невозможно; она стала работать ногами – как на велосипеде – и потихоньку начала продвигаться. Крутить ногами в тяжеленных ботах – занятие изнурительное; пот ручьем потек между грудей, иллюминатор запотел. Она понимала, что надо бы остановиться и выпустить углекислый газ, но из последних сил двинулась вперед, к трапу. Наконец, уже стоя металлическими подошвами на нижней ступеньке трапа и уцепившись обеими рукавицами за перила, она снова погрузилась в воду, чтобы отдышаться.

Анна ловила ртом перегретый воздух в шлеме и тут только поняла, во что ей обошлось ее новаторство: сил не осталось совсем. Она попыталась вскарабкаться на лестницу, но как только шлем вылез из воды, ей опять пришлось остановиться: она поднялась на пять дюймов над уровнем моря, и на ее позвоночник и плечи вновь обрушилась тяжесть водолазного снаряжения, с которой нужно было как-то справляться. Собрав все силы, Анна кое-как взволокла себя на следующую ступень. Затем одолела еще три: теперь вода доходила ей до пояса. Но больше не могла сделать ни шагу.

Вдруг иллюминатор открылся, и сверху в него заглянул Баскомб. Как она и ожидала, он был мрачнее тучи.

– Сядь на корточки, чтобы со скафандра стекла вода, – скомандовал он. – Тебе сразу станет легче.

Приникнув к иллюминатору, Анна хватала ртом холодный свежий воздух.

– Мне надо… спуститься обратно, – с трудом переводя дух, сказала она.

– Не мели ерунды. Сядь.

Анна присела и сразу почувствовала, что вода ручьями потекла со скафандра. Но тяжесть шлема и ворота давила по-прежнему.

– Сделай шаг, – сказал Баскомб и отодвинулся, чтобы она могла поставить ногу.

Кое-как она взгромоздила левый бот на следующую ступеньку, но когда попыталась поднять свое тело на эти пять дюймов, колени у нее подкосились, и она чуть не упала спиной вниз. Баскомб ухватил ее за предплечья и крепко прижал их к перилам трапа. Оба живо представили себе то, что едва не произошло: человек, упавший в воду с открытым иллюминатором, неминуемо летит прямиком на дно.

– Хочешь, мы с Марл ом втащим тебя наверх? – спросил Баскомб. – Ну, втащить-то мы тебя втащим. А те рожи потом скажут: Скатертью дорога. Отправьте ее домой, к мамочке. Хрен им.