Дженнифер Иган - Манхэттен-Бич [litres]

– Он тут организовал маленькую… подпольную лотерею.

Новость застала Декстера врасплох; хорошо еще, что он может и дальше преспокойно таращиться на фасоль. Выходит, Баджер, пробыв в Нью-Йорке всего три месяца, уже сколотил собственную подпольную лотерею? Навряд ли. Скорее всего, присматривает за одним из игорных клубов Альдо Ромы.

Тем из подручных, кто пользуется его расположением, мистер К. предоставляет большую независимость и свободу действий. Декстер высоко ценит независимость от коллег по цеху; его совсем не тянет к тем, кто орудует, к примеру, на пирсах Ред-Хука: там люди ведут себя, как звери. Впрочем, непредсказуемое – как игра вслепую – разрастание империи мистера К. не способствует интересу подручных к делам друг друга, а про сплетни и говорить нечего. Поэтому Декстер обрадовался, когда босс заявил:

– Хорошо бы Баджер… занялся игорным делом… в паре наших клубов.

– Сказано – сделано. А в каких именно?

– Решай сам.

Декстер кивнул. Он был очень доволен: Баджера надо держать в поле зрения.

На плите, заполняя кухоньку паром, кипела на медленном огне большая кастрюля. Мистер К. трясущимися руками взял пригоршню фасоли и бросил в кипяток.

– Мне, босс, пришла тут в голову одна мысль, – сказал Декстер. – Возможно, мы сделаем еще один шаг вперед.

Мистер К. разом оживился, дрожь пробежала по его телу, словно дальние раскаты грома, оставив лед только в его влажных карих глазах:

– Ты же знаешь, я… в этом плане на тебя рассчитываю.

Еще до отмены сухого закона Декстер первым понял: бессмысленно выть, как ошпаренный пес, хотя многие в преступном мире не удержались от воя. Нужно открывать многочисленные легальные клубы и там отмывать бешеные деньги, которые мистер К. сколотил на подпольной торговле спиртным. Это спасло накопленное от лап налогового управления, а кроме того, по мнению Декстера, такой шаг еще и дал им возможность получать прибыль от многочисленных побочных операций, как законных, так и незаконных, начиная с подмены шляп в гардеробе до сигарет и сводничества. Номинально именно Декстер возглавил всю операцию, и в этом был глубокий смысл: сам он ни разу не был под арестом, у его жены великолепная родословная. Кроме того, он предусмотрительно сменил трудную – язык сломаешь – фамилию на довольно короткую и изящную, причем задолго до того, как этот факт мог кого-то заинтересовать.

И его план сработал замечательно! Оба были чисты перед законом, и Декстера вскоре вынесло наверх, он оказался в обществе кинозвезд, известных журналистов и крупных должностных лиц штата и всей страны. А следом в их карманы рекой потекли неотразимые аргументы в пользу мистера К. Ситуация превосходная со всех точек зрения. Однако вкрался один просчет: Эд Керриган, единственный, в ком Декстер ошибся за двадцать семь лет работы. По тогдашнему присловью, кое-кто пострадал. Но в итоге соперник мистера К. потерпел поражение, а мистер К. никакого ущерба не понес. Именно счастливый исход побудил мистера К. три года тому назад объявить привычным полушепотом: “Все забыто. Не будем больше об этом говорить”. У Декстера гора с плеч свалилась, и потом, уже сидя один в машине, он расплакался.

Когда фасоль уварилась до нужной кондиции (которую мистер К., видимо, умел определять с рождения), Декстеру было поручено вычерпывать ее шумовкой и укладывать стоймя в большие стеклянные банки. Когда банка становилась похожей на перегруженный лифт, мистер К. давал Декстеру команду залить фасоль кипятком до самого горлышка.

– Теперь плотно завинтим крышки… но не чересчур плотно… и… поставим банки в автоклав, – сказал мистер К., с трудом переводя дух, хотя они только-только взялись за дело. – А уж потом… ты раскроешь мне наш… замысел.

Декстер планировал подойти к сути дела не спеша, в ритме вальса, и мало-помалу подвести партнера к финальной позиции, где ему останется лишь сделать последнее па. Но кипячение и консервирование фасоли вышибло все эти па у него из головы: впрочем, может, так и было задумано. В этой атмосфере жара и голой правды любые вступления отлетали, как шелуха, и человек попросту выкладывал самое главное. Декстер помог мистеру К. закупорить все банки и осторожно поставить их в видавший виды просмоленный котел – казалось, что его недавно подняли с морского дна. Мистер К. накрыл котел и прибавил под ним огня. Потом, отдуваясь, опустился на стул.

Декстер отер ему лицо носовым платком, вернулся на свое место за маленьким столом и сказал: