Шэн Кэи - Красные туфельки

Вечером, сидя в одиночестве в кинотеатре, я вспомнил, что такие же слова говорила Линь Ша: «Цянь Цзиньсян скоро умрёт, если сейчас не выйти за него замуж, то можно не успеть». Я должен чем-то заменить эту пару уток-неразлучниц с горькой судьбой, отпустить их на волю.

В кинотеатре я познакомился с только что брошенной кем-то девушкой, мы перекинулись парой фраз, провели несколько ночей, и я предложил ей, если она не занята, пойти со мной на свадьбу.

— Ты ведь никогда не бывала на банкете, где не надо следовать церемониям?

Я ждал её ответа — не хотелось идти на свадьбу одному, не хотелось, чтобы Тань Синь думала: вот она меня бросила, и я теперь один-одинёшенек, «ходячий мертвец».

— Ты же не украдёшь невесту со свадьбы? — спросила она.

— А?

— Если ты собираешься сбежать с невестой с церемонии, бросив меня и жениха, это было бы слишком постыдно.

На языке жестов я сказал ей «Никогда!», эта девушка мне очень понравилась.

Уже на свадьбе я понял, что та боль, что была раньше, — выдуманная. Посреди всеобщего веселья, пусть даже женихом был не я, а невестой была Тань Синь, я всё равно не очень расстраивался. Осмотревшись по сторонам, я увидел своего сына, Цуй Цзямина, вмиг душа словно воспарила в небеса, я всё смотрел на него, пока не подошла его мать и не заслонила его, только тогда я вернулся обратно на землю.

— С тобой всё нормально? — спросила она.

— На этот вопрос ведь не отвечают «плохо»?

— Как это называется? Вынужденный положительный ответ? Так и будем его называть. С тобой всё нормально?

— Нормально, очень хорошо.

Она рассмеялась:

— Я чувствую, что у тебя всё хорошо. И девушка очень красивая.

— Кто? — Я поднял голову. — Я даже имени её не помню.

Хорошо, что она сменила тему, а то я мог, отпустив тормоза, сказать что-нибудь типа: после того как мы расстались, я «спал среди цветов и ночевал в ивах», [34] Проводить ночи в публичных домах. «ночи напролёт играл на шэне и пел песни», [35] Вести распутную жизнь. чтобы доказать, что я, Сюй Цзямин, не тот мужчина, который никому не нужен. В её присутствии я был таким слабым.

— Я видела, как ты стараешься! — произнесла она. — Ты замечательно рисуешь, ему очень нравится. Он сказал, что ты точно… Ты хочешь услышать, что он думает о твоих работах?

— Говори. После того как я стал заниматься живописью, оценил его талант и ценность, понял, каков его вклад в искусство.

— Он сказал, что тебе не хватает только одного, самой малости, и если ты это найдёшь, то точно станешь великим мастером.

— Я тоже так думаю, но мне это не ухватить, и я даже не знаю, что это.

— Ты сейчас непривычно скромный, ты же гостиничный «мастер на все руки»!

— Как ты и сказала, я многое узнал и стал более уважительно относиться ко всему.

Она отхлебнула вина и, глядя на меня, сказала:

— Ты почти не постарел, за эти несколько лет с ним я всё думала, что я молода. Но по сравнению с тобой я постарела. Да, тридцать лет для мужчины и для женщины — это разные вещи.

— Но ты стала ещё красивее, и не забывай: ты мне ещё должна один раз в KFC!

Она засмеялась и пристыдила меня, что я ещё помню, хотя она сама уже забыла имя того пижона на мотоцикле.

— В моей жизни только двое мужчин — это вы. И так будет всегда. — Она подумала и спросила: — Я читала твоё письмо, очень испугалась. Как там твой отчим, жив ещё?

— Не хочу говорить об этом, не могу.

— Значит, ещё жив, ну и хорошо. Когда церемония закончится, не убегай сразу, хочу с тобой поговорить.

Я вернулся к своей девушке. Она здорово набралась и, обняв меня, рассказала анекдот. Дело было тоже на свадьбе, трое нищих холостяков спорили, кто лучше подарок подарил. Первый сказал: «Я подарил две тысячи!» Второй: «А я — десять тысяч!» А третий покраснел и, заикаясь, произнёс: «А я не дарил деньги, но ребёнок в животе у невесты — мой подарок!» Договорив, она подмигнула:

— Ты понял?

— Не понял, дай посмеюсь хоть сначала.

Она обхватила руками меня за шею, от неё пахло вином, но в то же время повеяло и чем-то загадочным. Она прошептала мне в ухо:

— Мне всё равно, Сюй Цзямин, но я тоже хочу от тебя ребёнка!

Я смотрел ей в глаза — какая умная девушка, ещё чуть-чуть и влюблюсь!

На закате мы пошли прогуляться по пляжу, Цуй Ли чувствовал себя неважно; сделав пару шагов, он начинал задыхаться. Потом мы уселись на берегу, он закурил, бросил и мне сигарету. Сделав затяжку, он спросил, ненавижу ли я его. Я покачал головой:

— Не ненавижу, вашей вины в этом нет.