Эмма Миллс - До и после [litres]

– Вместе? – Я присела на крыльцо и плотнее завернулась в одеяло.

– Ага. Шесть километров.

– Он каждый день перед уроками пробегает шесть километров?

Фостер бросил на меня надменный взгляд.

– Он бы не достиг таких высот, если б ничего не делал.

Я не знала, что на это ответить, так что просто провела языком по зубам (во рту все еще было вязко) и продолжила наблюдать за беготней Фостера по лужайке. Меня вдруг осенило, что сегодня ровно три месяца с тех пор, как он к нам переехал. До этого я не видела Фостера пять лет. И вот уже три месяца… он мне кто-то вроде родного брата. Слово «брат» вызвало у меня странные чувства, и я снова вспомнила вопрос той фифы на физкультуре: «Это твой брат, да?» Вообще-то я семнадцать лет была единственным ребенком в семье.

Тишину раннего утра нарушил стук еще чьих-то кроссовок. Как Фостер и предсказывал, на горизонте появился Эзра Линли. Он бежал равномерно и уверенно, симметричностью движений напоминая заводную игрушку. Приблизившись к нашему дому, он не притормозил. И даже не посмотрел в сторону Фостера, который махал руками, как дурак. Просто продолжил бежать. Фостер покосился на меня, пожал плечами и понесся за ним. Я услышала, как он кричит на всю улицу:

– Эзра, подожди меня!

Потом Эзра завернул за угол, и вскоре едва поспевавший за ним Фостер тоже скрылся из виду.

На обеде я решила узнать подробности насчет внеклассного мероприятия, о котором мне накануне рассказывала миссис Уэнтворт. В школьную газету требовался фотограф, и, по словам миссис Уэнтворт, опыт значения не имел.

Я отыскала ученицу, ответственную за выпуск «Вестника школы Темпл-Стерлинга», в редакции. Стол перед Рейчел Вудсон был завален бумагами, книгами, старыми номерами «Вестника» и выпусками школьного ежемесячного литературного журнала (им тоже занималась Рейчел). Сама Рейчел, сидевшая посреди всего этого, казалась усталой и замученной. Впрочем, это был ее обычный вид.

Мы знали друг друга еще с детского сада. Не уверена, когда именно она решила подать документы во все лучшие университеты, но, видимо, довольно рано:

Рейчел с детства была такой правильной, что даже в раскрасках никогда не выходила за контур.

Она называла свой план насчет университетов «чистой победой». Рейчел было недостаточно поступить в Принстон. Она хотела, чтобы ее позвали во все ведущие учебные заведения: в Гарвард, Йель, Стэнфорд. Наверное, чтобы потом гордо отказаться от приглашения, а ведь другие ребята ради этого трудятся не покладая рук.

Странное дело. Рейчел была настоящей умницей. Она участвовала во всех возможных внеклассных мероприятиях, дружила со всей школой и была хороша почти во всем. По идее, столь блистательная ученица никак не могла быть ничтожеством, но все же я почему-то иногда испытывала к ней жалость.

– Ты свободна после школы? – спросила Рейчел, бешено стуча по клавиатуре. Она едва взглянула на меня.

– Э-э, ну да.

– Ладно. Либо мужской соккер [16] Соккер – альтернативное название футбола в США, которое используется для различения «обычного» футбола и американского. , либо женская легкая атлетика. Что выбираешь?

– А?

– Нам нужны фотографии со спортивных мероприятий. Мы разместим их в спортивной рубрике. Да и для ежегодника [17] Ежегодник – книга с фотографиями и заметками о самых интересных моментах школьной жизни, которую получает каждый школьник в конце учебного года. На специальных пустых страницах в ежегоднике школьные приятели оставляют друг другу памятные пожелания. они подойдут.

Я упоминала, что Рейчел делала еще и ежегодник, да?

– Понятно. Ну…

Никогда не видела, чтобы кто-то печатал с такой скоростью. Понятия не имела, над чем работала Рейчел, но со мной это явно не было связано. Меня даже пугала ее способность к многозадачности.

– Соккер или легкая атлетика?

– Э-э… А можно футбол?

Ее пальцы на секунду замерли.

– Футбол? Все хотят футбол.

– Ну, наверное, я могу взять что-то другое, но…

– Что такого в футболе? – Рейчел сузила глаза и пристально посмотрела на меня. – Чем он всем так нравится?

– Ну… это наша традиция.

Рейчел состроила недовольную мину.

– Это соревнование в популярности, которое замаскировано под чистое насилие, которое замаскировано под активный вид спорта. – Она снова принялась печатать. – Знаешь, нам бы не помешала статья о школьном футболе – не о команде и очках, а о фактах. Игрой теперь движет только расчет.