Алиса Габриэлян - Солнце восходит в мае

— Понятно, — произнес он, думая о том, не слишком ли неловко будет заявиться на последние десять минут пары. Жить без Майи Женя будто бы разучился и теперь гадал, что он вообще будет делать весь этот день. Впервые в жизни он пожалел о том, что не умеет рисовать.

— Ты можешь пойти со мной! — сказала девушка, словно зная, о чем только что думал Женя.

— Серьезно? — не поверил он.

— Абсолютно!

— А что я буду там делать?

— Ну, не знаю, — ответила Майя, пожав плечами. — Можешь почитать мне книгу… если хочешь, конечно…

— Да! Я бы с удовольствием… Когда пойдем?

— Сейчас! — воскликнула Майя. Она схватила чашку, из которой только что пил Женя, и положила ее в раковину. — Ты ведь больше не хотел, да? — смущенно спросила она , понимая, что прежде надо было спросить, а потом уже забирать чашку. С небольшим испугом Майя смотрела на Женю, и он просто кивнул.

Девушка тут же рванула в свою комнату и быстро принесла оттуда все, что ей необходимо. Она была такой воодушевленной, что с трудом умудрялась нормально дышать. Женя ее такой еще никогда не видел, но был абсолютно уверен в том, что сейчас Майя настоящая. Он никогда не думал иначе, но в тот момент, когда она стояла в своем огромном коридоре с этюдником в руках и улыбалась во всю ширь, ему вдруг показалось, что она именно такая, какой и должна быть.

— Возьмем у Кости велики, и потом я покажу тебе одно очень классное место, — сказала девушка уже на улице.

— Ага, — довольным голосом проговорил Женя, и они отправились в тот самый «серый квартал», в котором жил Майин друг.

Женя, конечно же, тащил этюдник девушки, потому что просто не мог иначе, а она трещала о чем-то всю дорогу. У нужного подъезда из кармана своего кардигана шафранового цвета Майя достала ключ и приложила пропуск к домофону, после чего дверь дружелюбно открылась. Женя, не особенно понимая, откуда у его спутницы ключ Кости, открыл рот от удивления, а закрыл его лишь тогда, когда зашел за Майей в лифт и она на него посмотрела.

— Костик на работе, — сказала она , ухмыляясь.

— Ну да, конечно, — поспешно проговорил Женя и кивнул, будто бы Майины слова что-то разъяснили, но расспросить у нее подробности он не осмелился.

Под ее негромкий рассказ о том, что до смерти Кристины Костя каждый вечер катался с ней на велосипедах по городу, а по утрам они порой бегали по набережной, мечтая стать однажды марафонцами, Женя и Майя забрали те самые велосипеды и вышли на улицу.

На этот раз Женя держался более уверенно, чем тогда, когда велосипед пытался его всяческими способами убить. Миновав все пробки как в городе, так и за его пределами, они вновь завернули на ту же лесную дорожку, которая привела их в огромное поле, где когда-то они бросили свои велосипеды и отправились изучать лес, но сегодня они не остановились. Следом за Майей Женя ехал по узкой тропе, и каким-то образом они опять оказались на ее маленькой лужайке.

— Смотри! Вверх! — воскликнула Майя, не слезая с велосипеда, а спокойно продолжая свой путь. — Небо!

Женя резко поднял голову и увидел тихоокеанский синий, ровно положенный широкой кистью на небо.

— Это тот цвет, — вдруг понял Женя, а после произошло то, чего он боялся больше всего: он наехал на какой-то камень и, не сумев скоординироваться, свалился вместе с велосипедом.

На образовавшийся шум Майя обернулась и, увидев своего друга на земле, остановилась и захохотала. Она закрывала рот рукой, пытаясь остановить свой смех, но ничего не выходило. Женя почувствовал, как покраснели его уши.

— С тобой… — начала говорить девушка сквозь непрекращающиеся смешки. — Э, все нормально? Тебе не больно?

— Нет, — буркнул Женя и вновь забрался на свой велосипед.

Теперь он уже не отвлекался ни на что, а был полностью сконцентрирован на том, что находятся под колесами его транспорта. Жене было плевать, куда Майя его ведет, но ему скорее хотелось оказаться в том месте, чтобы слезть с этого велосипеда позора, на котором ее дорогой Костя, вероятно, ловко наматывал круги месяцами ранее.

Лес громко шумел, и едва слышно щебетали незнакомые Жене птицы, но ничто не вызывало у него умиротворения. Он был настолько зол на себя, что даже не заметил, как красиво лучи солнца поступали между редко растущими деревьями, а когда они с Майей оказались в поле, по размерам сильно уступающем тому, в который они попали изначально, он даже не понял, что это и есть тот самый пункт назначения.