Кэролин Браун - Время сестер

– Я не ангел, ни в одном из значений этого слова, но я благодарен вам обоим, если это хоть как-то ей помогло, – сказал Уайатт.

Харпер отошла от Седа и обвила руками шею Уайатта.

– Он рыцарь в сияющих доспехах, и я была так рада увидеть, что он стоит на берегу и ждет меня.

– Думаю, теперь с ней все в порядке, – улыбнулся Уайатт.

– Может быть, еще не совсем, но у меня есть мои близкие и Уайатт, которые помогут мне, если я попрошу. Я обещаю, дядя Сед, что с этого момента так и будет, – улыбнулась она. Сед поднял мизинец, и она пересекла комнату в несколько больших шагов, чтобы сцепить свой маленький пальчик с его мизинцем. – Я помню, как ты делал так же, когда мы были детьми.

Крепко зажав ее палец в своем, он пристально посмотрел на нее своими зелеными глазами.

– Если ты не будешь просить о помощи, то придется тебе долго-долго стоять в углу, юная леди.

– Ненавижу стоять в углу, – сказала она.

Он расцепил их пальцы и направился на кухню.

– Тогда запомни, что я сказал. Уайатт, иди за мной. Потолкуем, пока она будет накрывать столы к завтраку.

– Только говорите погромче, чтобы я слышала, как вы меня обсуждаете, – сказала Харпер.

Сед захлопнул дверь и включил радио, которое держал на шкафу.

– Я не хочу, чтобы она услышала то, что я сейчас скажу. В следующий раз будет думать перед тем, как доводить старика до сердечного приступа.

– Ты видел, как она входила в воду? – спросил Уайатт, прислонившись к двери.

– У меня сбилось дыхание, и я не смог добежать до нее. Я был так рад, когда увидел тебя, – сказал Сед. – Я молился так, как никогда прежде, не считая той ночи, когда ушла Энни. Я просил Христа исцелить ее прямо здесь и сейчас и позволить ей остаться со мной. Мое сердце разрывалось, когда Харпер заходила в воду все дальше и дальше. Так что спасибо. Но запомни, сынок, если ты хоть когда-нибудь ее обидишь, то в озере найдут уже твое распухшее тело.

Уайатт положил руку на плечо Седа.

– Я никогда не смогу ее обидеть. Я хочу помочь ей залечить раны после всего, через что она прошла, и из-за меня в том числе. Я так же, как и она, виноват в том, что произошло, и не знаю, как бы я повел себя в шестнадцать лет, но в двадцать шесть я просто хочу быть с ней рядом, Сед.

– Тогда сделай все как следует, чтоб я, черт возьми, не помер от сердечного приступа. Иисус, Мария, Иосиф и Энни отправят мою черную задницу прямиком в ад, если я допущу, чтобы с кем-то из ее драгоценных девочек что-нибудь случилось.

Уайатт усмехнулся.

– А со мной они еще не то сделают.

Сед поежился.

– Даже представить себе боюсь. Это слишком страшно. Иди да помоги ей приготовить все к завтраку, а я тебя сегодня утром бесплатно за это накормлю.

– Благодарю, – сказал Уайатт. – И спасибо, что позвонил мне.

Сед кивнул с серьезным видом.

Уайатт открыл дверь и увидел всех трех сестер и Брук, которые стояли в столовой, уперев руки в бока, и между ними повисло такое напряжение, будто вокруг разлетались миллионы искр бенгальских огней, зажженных на праздник четвертого июля.

– Мне кажется, тебе лучше выйти сюда, Сед.

– А мне кажется, тебе лучше закрыть дверь и остаться со мной с этой стороны, – сказал ему Сед. – Они сами разберутся.

Уайатт осторожно прикрыл дверь.

– Тебе с чем-нибудь помочь?

– Переворачивай эту колбаску. Только вертеть нужно очень-очень медленно. Когда они закончат разборки, у них разыграется аппетит.

– Что, черт возьми, здесь происходит? – прошипела Дана и кивнула в сторону закрытой двери в кухню. – Ты же знаешь, что дядя Сед…

– Сейчас на кухне с Уайаттом, – закончила за нее Тауни и ткнула пальцем в Харпер. – Сегодня утром она пыталась утопиться.

Брук пробежала через столовую и обняла Харпер.

– Почему ты хотела это сделать?

– Я не пыталась утопиться, – сказала Харпер, отойдя на пару шагов назад.

Тауни вытянула обе руки вперед, положила их Харпер на грудь и с силой ее толкнула.

– Пыталась! Она чуть не утонула, – кричала Тауни, и с каждым словом ее голос все больше срывался на визг. – Мне приснился кошмар, будто бабушка Энни упала в воду и никак не могла выбраться, поэтому я вышла на крыльцо.

Харпер ухватилась за край стола, чтобы удержать равновесие. Ее руки сжались в кулаки.

– Не толкай меня, сестренка, а то ведь я тоже могу тебя толкнуть. И я не обязана тебе ничего объяснять, – сказала она. – Лучше бы для начала разобралась в том, что видела, прежде чем рассказывать сказки. Я была всего по пояс в воде, и я плаваю как рыба. У меня даже в мыслях не было топиться. За кого ты меня принимаешь?