Кэролин Браун - Время сестер

Перед ее мысленным взором возникла огромная церковь в Далласе. Купель для крещения была богато украшена, а за ней располагалась стена, расписанная изображениями деревьев и цветов. На ней было белое одеяние, и священник произнес, что она оставляет в воде все свои грехи и родится заново, как только поднимется из воды. В свои десять лет она часто задавалась вопросом, каково же было воде держать в себе грехи стольких людей и куда она девается, когда священник выдергивает пробку и сливает ее. Смывается ли она в реки, где грехи пристают к людям во время купания?

В свои двадцать шесть лет Харпер понимала, что это просто символический жест, но, глядя в то утро на безмятежную гладь озера, она призадумалась, сможет ли вода смыть ее боль раз и навсегда. Ей вспомнилась одна из старых песен, которую напевал и мурлыкал себе под нос Сед, работая на кухне.

У нее в голове пронеслись слова песни о том, чтобы сложить бремя со своих плеч. Она начала мурлыкать мелодию и вскоре уже напевала строчки о том, как ей стало хорошо, когда она сложила свою ношу. Она встала и сделала первый шаг к озеру. После третьего шага вода уже доходила ей до колен, и за старой евангельской мелодией последовала одна из ее любимых песен Джейми Джонсона [6] Американский кантри-певец. . Она думала о своей бабушке, напевая в своей голове слова песни о том, что она прощается с миром и после смерти начнется ее новая жизнь. Неужели после смерти бабушки началась ее новая жизнь? Оказавшись по пояс в воде, она затихла.

– Ах, бабушка, неужели ты умерла, чтобы я обрела покой? – прошептала она.

Сед только закурил свою первую за день сигарету, присев на скамейку возле кафе, когда заметил у озера какое-то движение. Какой-то ненормальный шел купаться в ледяной воде. Затем тучи рассеялись, и лунный свет выхватил из сумрака светлые волосы Харпер, и Сед бросил сигарету на землю и начал снимать ботинки. Пока он снял первый, она была уже по пояс в воде и воздевала руку к небу.

– Господи Иисусе, не дай ей этого сделать, – взмолился он, ослабляя шнурки второго ботинка. – Возьми меня вместо нее. Я готов пойти с тобой. Я стар и уже пожил на этом свете, и готов увидеть мою драгоценную Энни. Только не забирай ее сейчас.

Внезапно лужайку перед коттеджем Харпер озарил яркий свет, дверь открылась, и из нее выбежал Уайатт. Он облокотился на перила крыльца и вгляделся в озеро. Сед сбросил второй ботинок, и тут как назло в самый неподходящий момент у него случился приступ кашля, который приковал его к скамейке.

– Спасибо тебе, Господи, – сказал он, когда Уайатт сбежал по ступенькам и рванул со всех ног к озеру.

Когда он добрался до берега, обе его руки были подняты над головой. Но прежде чем он успел нырнуть, Харпер развернулась и пошла обратно к берегу. Уайатт раскрыл руки, и она вышла из воды прямо в его объятия.

Сед схватился за грудь и сделал несколько глубоких вдохов.

– Спасибо тебе, Господи. Спасибо, что не забрал ее, – сказал он, пытаясь отдышаться. – Так страшно мне еще никогда не было, Энни, но слава Богу, наша девочка цела.

Сед надел ботинки и вошел в кафе. Он начал готовить кофе и зажигать духовки, недовольно бурча о том, как бы ему сейчас хотелось поставить Харпер в угол. Так делала Энни, когда Харпер была маленькой. Он все еще ругался себе под нос, когда она вошла в кафе с широкой улыбкой на лице.

– Доброе утро, дядя Сед, – весело сказала она.

– Нет, вы только полюбуйтесь, она еще желает мне доброго утра! Ты меня до смерти напугала. Я уже собирался нырнуть в эту проклятую холодную воду, чтобы тебя спасать, а ведь я даже плавать не умею, – пригрозил ей он и с каждым словом его палец дрожал все сильнее. – Прекращай заниматься этой чепухой и живи уже своей жизнью. Тебе было шестнадцать лет, черт возьми, и выбор был невелик.

– Я знаю, – тихо сказала она. – Честное слово, я не собиралась топиться. Я просто о многом размышляла. Я надеялась обрести покой.

– И как, получилось? – он внимательно на нее посмотрел, силясь понять, не заговаривает ли она ему зубы.

– Я смогу точно узнать на следующий год, но если бабушка умерла, чтобы я обрела покой, то ради нее я обязана попытаться.

– Да, это так. Я неистово молился, чтобы ты не… ну, ты поняла, – сказал Сед.

– Значит, за мной наблюдал ангел на небесах и еще один на земле, – сказала Харпер. Она пересекла комнату, заключила его в медвежьи объятия и поцеловала в щеку. – Спасибо тебе за это.

– Мне кажется, ты забываешь еще одного. Уайатт тоже чуть было не нырнул, чтобы тебя спасать. – Сед оглянулся через плечо и улыбнулся Уайатту, который входил в дверь.