Александр Зиновьев - В преддверии рая

У: Вы хотите сказать, что не всякая цивилизация предполагает это?

И: Цивилизация может существовать и достигать высокого уровня без упомянутого противопоставления и выделения «я» в качестве фундаментального принципа своей идеологии. Наше общество, принимая такую идеологию, стремится остаться персонифицированной цивилизацией. Это в силу имманентных законов коммунизма наше общество враждебно принципу персонификации /индивидуализации/. Принимая идеологию, которая своими историческими корнями уходит в идеологию персонифицированной /западной/ цивилизации, наше общество с самого начала оказывается зажатым между личным /«я»/ и социальным /«мы»/.

У: Вы имеете в виду христианство, говоря о...

И: Конечно. Наша идеология складывалась прежде всего как антипод христианства. Она также претендовала на души людей. И она унаследовала от христианства само понятие духа, противоположное телесному бытию, материи. Она заимствовала от христианства и самую постановку вопроса о соотношении духа и материи: что было сначала, каково их отношение в плане порождения. Вы знаете, что мы решаем этот вопрос так: материя предшествует духу и порождает его, а не наоборот, как утверждает христианство. Вы же не будете отрицать, что наше решение согласуется с наукой?

У: Буду. Наука не подтверждает и не опровергает этот фундаментальный принцип вашей идеологии. Она идет совсем в ином плане. Лишь историческое и фразеологическое наложение создало видимость того, что наука подтверждает тезис материализма вашей идеологии. Прочно связав себя с наукой, ваша идеология родилась, неся в себе глубинный антагонизм между наукой и идеологией. В чем, коротко говоря, данные науки в применении к данному вопросу? Наука говорит лишь следующее. Существа, обладающие способностью сознания, мышления и т.п. /обладающие духом/, возникли на Земле исторически, т.е. было время, когда их на Земле не было, но была природа, этой способностью не обладавшая. Наука, далее, считает дух способностью определенным образом организованных тел. Так что наука вовсе не выступает как перевертывание тезиса христианства о сотворении материи духом. Она рассматривает проблему совсем в ином плане — в плане эволюции материи, природы и только. Ваша идеология и здесь двойственна: она хочет заимствовать план науки и, вместе с тем, удержаться в плане христианского подхода к проблеме, перевернув христианское решение, сделав тем самым бессмысленным как то, так и другое. Я знаю, вы чувствуете это и обставляете свое учение системой оговорок. Мол, не придирайтесь к словам. Но «неудачные» формулировки и словечки не отбрасываются. Они сохраняются и со временем заявляют свои права на первые роли.

И: А понимание сути духа?

У: Но это уже другой вопрос.

Ты что-то совсем позабыл про свои супружеские обязанности, сказала супруга Нораба. А я решил не вмешиваться в твои внутренние дела. Ха-ха-ха!

Дефицит предметов потребления и привилегии суть следствия, а не причина, говорит Бородатый. Причины глубже. Я ведь участвовал в эксперименте на Коммунистическом острове. Там сначала действительно все было по потребности. И первую пару педель мы блаженствовали. Любили друг друга. Работали с энтузиазмом. Но постепенно стало происходить нечто странное. Выработалась новая система оценок. Изменились наши реакции на происходящее. Стала складываться система различения и неравенства. Через месяц на острове при изобилии всего нельзя было без блата и бюрократической волокиты достать даже зубную щетку. Где-то гнили ценные продукты, а мы мотались в поисках картошки и колбасы «собачья радость». Скоро образовалась мощная гангстерская группа, в которую вошла вся партийная и административная верхушка. Она так зажала население острова, что не пикнешь. Попытки побега жестоко подавлялись. Многие просто исчезали бесследно. Никакого суда. Собрания — липа. Комиссии из центра не замечали ничего плохого. Их встречали на высшем уровне, показывали образцовые жилые дома, магазины, предприятия. Одаривали их ценными подарками. Поили. Девочек или мальчиков поставляли по желанию. И комиссии вопили от восторга: коммунизм! Это был действительно коммунизм. Но не райский идеологический, а адский реальный. Лишь после того, как доведенные до отчаяния люди взбунтовались, сожгли райком партии с его штатом, разгромили отделение милиции и разнесли склады, на острове появились войска и следственные органы. Основную массу населения рассортировали по Стране. Я никого из них после этого не встречал. Скорее всего их ликвидировали. С нас, с «исследователей», взяли подписку о неразглашении.