Александр Зиновьев - В преддверии рая

Вызвал Нораб одного писателя. Что же ты, сукин сын, написал в своей книге, что трудящиеся не получили ни шиша, сказал он. Надо исправить. Я с удовольствием, сказал писатель. Но как? Ну, напиши, что они получили шиш. Ха-ха-ха!

Идеолог: Наша идеология состоит из учения о мире, учения о человеке как познающем существе, учения об обществе и о человеке как социальном существе, учения о будущем.

Ученый: Учение о мире дают опытные науки. Учение о познающей деятельности дают логика, методология и история науки, математика, теоретические разделы ряда наук и т.д.. Учение об обществе дает социология, социальная психология, этика, эстетика и т.д. Проблемами будущего занимаются планирующие и прогностируюшие организации. Чем отличается идеология от этого?

И: Целью, содержанием, способом изложения. Цель идеологии — организация сознания людей во имя самосохранения общества. О содержании мы будем беседовать ниже специально. По способу изложения идеология имеет свой язык, отличный от языка науки. Так, язык науки профессионален, язык идеологии общедоступен. Наконец, способом навязывания людям.

У: Насилие? Вам, конечно, известно, что большинство населения относится к вашей идеологии с презрением. И изучают ее только потому, что заставляют.

И: Все это так. Но мыслите ли вы себе ситуацию, когда такого навязывания идеологии не будет? Нет? Значит, примем это как данный факт. Но дело не в этом. Насмешки и презрение еще не есть признак отсутствия идеологии или ее отрицания. Важно, как люди ведут себя в той или иной ситуации. А при этом обнаруживается следующее. Даже необученные насильно нашей идеологии люди почти всегда в идеологических ситуациях поступают так, будто они эту идеологию изучали и приняли ее добровольно. Наша идеология навязывается людям стихийно самим строем жизни. Тут надо различать исторически привнесенную внешнюю фразеологию и имманентную суть дела.

У: Если идеология ваша рождается имманентно, зачем же ломать голову над грандиозной системой идеологического насилия?

И: Стихийно и имманентно рождается только потребность в идеологическом оформлении своей деятельности. Что же касается объединения этого в масштабах общества и профессиональной обработки, то это — исторически данный факт. Это сложилось, повторяю, и есть.

У: Что вы имеете в виду, говоря об имманентном продуцировании идеологических явлений в самом строе жизни?

И: Например, ученый, занимающийся исследованием элементарных частиц, убежден в их реальном существовании. Всякий человек способен заметить, что его жизнь зависит от производительных сил общества, что Партия — руководящая сила общества и т.п. Идеология не есть ложь. Она не есть истина в научном смысле. Но она и не ложь. Она имеет реальные основы.

Ты знаешь, чем отличается наш Вождь от осла, спрашивает один Нораб. Как ты можешь такое говорить, возмущается другой. Ну, ладно, говорит первый. Пусть ничем. То-то, говорит второй. Ха-ха-ха!

Ранняя осень. Светит солнце. Небо такое, что становится нестерпимо грустно. На центральных улицах потоки машин и людей. Многие хорошо одеты, выглядят сытыми и здоровыми. Много красивых модно одетых молодых женщин. Много сильных молодых мужчин с умными лицами. Жизнь! Здоровье! Довольство! Красота! И чего нам нужно?! И из-за чего мы рыпаемся?! Но одна банальная мысль не выходит из головы: неизбежными спутниками жизни, здоровья, довольства являются смерть, болезни, возмущение. Где они? Их не видно, но они где-то должны быть. Где? Очень просто. Выбери наугад какого-нибудь из этих благополучных людей и посмотри, что из себя представляет его другая, более глубокая, а не та улично-прекрасная жизнь. Узнай, насколько она адекватна этой вот синесолнечной картине этой минуты. Торопись! А то солнце вот-вот скроется за бог весть откуда взявшиеся серые облака, а небо превратится в грязную тряпку с черными дырами. Вот, допустим, выбери этого парня. Ему не больше тридцати. Здоров. Красив. Девчонки на него оглядываются. Какие на нем великолепные брюки! Явно заграничные. Может, сам привез оттуда. А может, из-под полы за бешеные деньги отхватил. Это тоже любопытно выяснить, пригодится на будущее. Вот и топай за ним! Хотя, стоп! А вдруг он иностранец? Теперь многие наши выглядят так, что их от иностранцев не отличишь. Все в порядке. Продолжай наблюдение! Молодой человек попал левой ногой в выбоину тротуара, заполненную жидкой грязью, испачкал свои роскошные брюки и сказал наше традиционное: «... твою мать! На Марс летаем, а тротуар починить не можем!» Значит, наш.