Хелен Брайан - Долина надежды [litres]

Днем, обтесывая бревна, Руфус боролся в душе со своими желаниями, взвешивая вероятный риск и допуская, что София, возможно, откажет ему. По ночам же он лежал без сна, терзаясь мыслью о том, что такой отличный кусок земли может достаться ему, а может и уплыть из рук.

В конце концов Руфус решил, что скромность – лучшая тактика при общении с благородными господами. Он отправился к Софии, которая голыми руками месила глину для замазки щелей. Руфус пояснил ей, что разметил свой участок и готов отвести туда Софию хоть сейчас, если у нее найдется минутка свободного времени. Признаться, он боится, что мог присвоить себе слишком много, и сожалеет, если поддался жадности, но ему приходится думать только о своих мальчиках… При этом он так яростно и подобострастно теребил свой чуб, что едва не выдрал его с корнем.

София выпрямилась, оторвавшись от своего занятия, усталая и перепачканная глиной. Она ничуть не походила на хозяйку плантации, но заверила его, что он волен взять столько земли, сколько сумеет обработать, потому что земля была единственным, чем она могла расплатиться с ним и мальчиками за то, что они останутся и будут работать на нее. Откровенно говоря, Софию совершенно не интересовало, сколько отмерил себе Руфус. Земли по-прежнему было слишком много, чтобы обработать ее всю. Его задача – вбить колышки по меже своего участка, а уж она выпишет ему дарственную, на которой будет обозначена его земля. Руфус с облегчением вздохнул и рассыпался перед нею в благодарностях. В тот же вечер он передвинул колышки еще дальше по склону Лягушонка, намного выше ручья с железной водой.

Анри, правда, вовсе не горел желанием расставаться с такими большими земельными наделами, но София заявила ему, что чем раньше все обзаведутся собственными участками, тем будет лучше. Это удержит их на месте и не даст уйти. Воспользовавшись документами из сундучка Томаса в качестве образца, она выписала дарственные грамоты на земельные наделы, приложив к каждой примерный план участка. Это означало, что бывшим рабам отныне требуются и фамилии. София спросила у них, не хотят ли они обзавестись королевскими, как Сет и Венера, и после недолгой дискуссии Нотт и Саския, решившие жить вместе, согласились на фамилию Стюарт, а Мешак выбрал себе фамилию Тюдор. Итак, Анри и София подписали дарственные грамоты на землю Мешаку Тюдору, Венере и Сету Ганновер, а также Саскии и Нотту Стюарт.

Принимая свою грамоту, Мешак широко улыбнулся.

Венера и Сет с гордостью взяли в руки свои документы, и Венера тут же заговорила о постройке хижины.

– Что ж, думаю, мы с тобой все равно что женаты, Саския, – сказал Нотт. – Что скажешь? По-твоему, Саския Стюарт – нормально звучит? Лично мне, например, нравится.

– Хм, посмотрим, – отозвалась Саския, поправляя волосы. – Гляди, не потеряй бумагу.

Дарственную грамоту, подписанную Анри и Софией де Марешаль и запечатанную оттиском перстня Анри на свечном воске, Руфус держал в руках с таким благоговением, словно ему вручили ключи от рая. Невероятно, но земля, ручей и все прочее отныне принадлежали ему взамен на обязательство отработать некоторое количество дней в году на полях де Марешалей.

После того как София закончила составлять дарственные, Анри, прежде чем подписывать их, сообщил, сколько именно дней и в каком месяце они должны будут отработать. Вести переговоры с Анри оказалось куда труднее, чем с Софией, но в конце концов Руфус был согласен на любые условия, лишь бы обзавестись собственным участком. Он не верил своему счастью. До сих пор ему не особенно везло в жизни, а теперь он стал владельцем фермы, которая была больше той, что некогда принадлежала ему и Молли в Саффолке. После этого он при первой же возможности отправлялся на свой край долины и мерил его шагами, прикидывая, где будет стоять дом, а где лучше разместить сарай. Он обещал Молли фруктовый сад… По ночам ему снилась собственная усадьба, в которой, не исключено, появится и кузница, как у его отца.

Они отчаянно нуждались в том, чтобы обеспечить себе крышу над головой до наступления зимы, и новые землевладельцы торопились начать строительство на собственных участках, но Анри и Гидеон предложили, чтобы они вместе сооружали друг для друга дома по очереди. Только отец Кейтлин и Гидеон имели необходимый в этом деле опыт. Анри сложил соломинки в шляпу и вручил ее Малинде, а Мешак, Руфус, Нотт и Сет стали тянуть жребий, чтобы определить, кто получит дом первым. Победителем вышел Руфус. За ним шел Мешак, потом Сет, а потом Нотт. София вытянула самую короткую соломинку, из чего следовало, что чинить «Лесную чащу» предстояло в последнюю очередь.