Ирвин Уэлш - Эйсид-хаус [сборник litres]

– А вот и он! – воскликнул Дес, когда раздался шорох с черного хода на кухню и угрюмо-самодовольный черный кот прошмыгнул через откидное окошечко. – Давай сюда, парень, сюда, к огню! Замерз, должно быть! Расскажи-ка нам, где шлялся в этот раз? Ах ты разбойник!

Жратва была отменная, и я вернулся домой под хмельком. Приятно, когда желудок снова набит тяжелой пищей. А что еще приятнее, понедельник подошел к концу. Вторник, конечно, муторный денек, но в среду станет получше. Мы все ходили в среду вечером в местный паб: я, Клифф, Даррен, Джерард, Эврил и Сандра. Хорошо жить в одной квартире с девушками! По крайней мере, говном не зарастаем, ну или не до такой степени. Жилье было клевое, и почти никто не ссорился. Я подумал о Симми, чахнущем в Скрабс за кражу со взломом, и ощутил душевный подъем. Я пытался не думать о ней, о Слепаке, о моей маме, о Шотландии. Мы все здесь принимали наркотики, но скорее для отдыха, чем от безнадеги, и это не определяло стиль жизни. Мы сидели в пабе по вечерам в среду и четверг, обсуждая, в какие клубы, на какие концерты пойдем в уик-энд и какие наркотики будем принимать.

Добравшись домой от Деса и Мэй, я прошел прямо в мою комнату. Поставил кассету KLF и прилег на кровать, чертовски довольный собой. Я думал о дочерях Деса и Мэй, затем о Гливисе и твердо решил одолжить «стрелки» у Клиффа, чтобы отвязаться от этого говнюка при галстуке и с недоделанным пенисом.

В дверь постучали, и зашла Эврил. Я на самом деле не знал ее так хорошо, чтобы беседовать наедине; она была гораздо более замкнутой, чем Сандра, хотя и вполне приятной.

– Можно с тобой кое о чем поговорить? – спросила она.

– Конечно, присаживайся, – улыбнулся я.

В комнате стояло плетеное кресло. Мой дух взыграл пуще. Было совершенно очевидно, что она вынашивает страсть ко мне и хочет меня трахнуть. Как же я не уловил эти вибрации раньше. Я улыбнулся еще шире и подпустил во влажные глаза блеск одухотворенности. Эта бедная девушка изнывала без любви, а я даже не заметил.

– Это действительно трудно, – начала она, – но я просто должна сказать.

Я искренне ей сочувствовал.

– Послушай, Эврил, можешь ничего не говорить.

– Даррен… Джерард… Они тебе рассказали? Я же просила их не говорить! Я хотела сказать сама!

– Нет-нет, они не говорили… просто…

– Что? Это же не ты, правда?

Тут я запутался.

– Не я – что?

Она глубоко вздохнула:

– Послушай, кажется, мы говорим о разных вещах. Мне очень трудно это сказать…

– Да, но…

– Просто послушай. Пойми, я тебя ни в чем не обвиняю. С Дарреном и Джерардом я уже поговорила. С Клиффом пока не удалось, но обязательно поговорю и с ним. Дело довольно щекотливое. Кто-то взял мое нижнее белье из ящика. Только не подумай, что я обвиняю именно тебя. Я хотела переговорить с каждым. Ну, мне просто не по себе от мысли, что живу с извращенцем.

– Понимаю, – сказал я; обиженный, разочарованный, но заинтригованный. – Ну, – улыбнулся я, – конечно, я извращенец, но не из этой оперы.

– Я только спрашиваю, – отозвалась она со сдержанным смешком.

– Ну да, кто-то же должен был туда забраться… Для тебя это с равным успехом могу быть и я, и кто-нибудь другой. Не могу представить себе, чтобы это сделал Клифф, или Даррен, или даже Джерард… Ну, Джерард мог бы, но он не стал бы прятаться. Это не его стиль. Он бы пошел в паб с твоими трусиками на голове.

Эта мысль ее не рассмешила.

– Я же сказала, я только спрашиваю.

– Ты же не думаешь, что это я, да?

– Я не знаю, что и думать, – мрачно протянула она.

– Просто охуительно! Мой босс думает, что я вонючий бомж, а человек, с которым я живу, считает меня извращенцем.

– Мы не живем вместе, – холодно поправила она. – Мы снимаем вместе дом.

– В общем, – сказал я, когда она встала и направилась к двери, – если я увижу, что кто-то ведет себя подозрительно, типа не принимает наркотики, платит вовремя за квартиру, такого рода вещи, я дам тебе знать.

Она ушла, явно неспособная оценить смешную сторону. Интересно все-таки, кто у нас тут извращенец. Не иначе как Сандра.

В четверг я снова заехал к Мэй на чай. Я задержался, потому что Лизанна, ее вторая с конца дочь, сидела дома. С ней было хорошо трепаться, да и посмотреть было на что. А вдобавок она не держала меня за извращенца, хотя, наверно, просто не знала меня настолько хорошо. Дес где-то шлялся, и Мэй настояла на том, чтобы подбросить меня домой.

Это показалось мне необычным, но время было уже позднее. Я ничего такого не заподозрил, когда садился в машину. Мэй все болтала, но как-то нервно, пока мы ехали по Аксбридж-роуд. Затем она свернула с дороги на повороте и остановилась на стоянке позади каких-то магазинов.