Хэрриет Эванс - Место для нас [litres]

– Вот как я узнал, что моя жена… что моя жена… – Билл закрыл лицо руками, – …с кем-то спит.

Он отвернулся и, тяжело дыша, уставился на пустой книжный шкаф.

– Это не… – начала было Карен, но поймала себя на слове. Сплошные клише, да? «Это не то, что ты думаешь». Как же объяснить Биллу, что это такое? Факты незамысловаты: она несколько месяцев спала с другим мужчиной.

«Я люблю тебя. И знаю, что ты меня не любишь. Вот почему».

Карен встала, не обращая внимания на накатившую волну тошноты. Держась за перила лестницы, она проговорила:

– Да, это правда.

– Спасибо, – произнес Билл таким тоном, словно был доволен тем, что оказался прав. – Скажи мне, кто он.

– Билл…

– Черт побери, скажи мне, кто он!

Карен попятилась за спинку дивана.

– Я не стану тебя бить, – выдохнул Билл. – Не веди себя глупо. Просто скажи. Назови имя.

– Джо, – прошептала Карен. – Это Джо Торн.

– Я так и знал. – Билл склонил голову. – Тот самый… Господи. А я думал, между нами что-то есть. Знаю, у нас были проблемы, понимаю, мы с тобой люди разные, но я думал, что ты меня любишь.

– Люблю, – тихо ответила Карен. – Билл, я всегда любила тебя. Но ты меня не любишь. В твоем сердце нет места для меня.

Билл словно не слышал ее.

– Давно это продолжается?

– Нет… Это не продолжается. – Карен сложила руки. – Да и было всего несколько раз. В последний раз – в сентябре, а потом Джо… порвал со мной. Узнав, что я замужем.

«В тот вечер, когда я сказала, что иду отнести Сьюзен поздравительную открытку, если точнее, – подумала Карен. – Твоя дочь в Винтерфолде случайно обмолвилась при нем, что у нее есть мачеха по имени Карен Бромидж. Прежде он ни о чем не догадывался. Так что можешь сказать «спасибо» Люси. Спасибо тебе, Люси, большое!»

– Он порвал. Не ты. – Билл опустил глаза. – Он… О боже, Карен.

– Я вовсе не собиралась… Я не искала… – Как жалко звучат слова! – Мы с ним похожи. Он хороший человек.

– Хороший человек! Карен, твое понимание того, что хорошо, а что плохо, весьма сомнительно, позволю себе заметить.

– Он… – Глаза Карен были полны слез. – Он такой же хороший, как ты. Он понимает… многое. Понимает, каково здесь жить.

– Что? Какую такую ужасную жизнь вы ведете в нашей деревне? У тебя чудесный дом и прекрасная работа! – Глаза Билла потемнели от гнева. – Просто ты всегда считала, что слишком хороша для нас, Карен. Так, верно?

Рассмеявшись, она скрестила руки на груди.

– О чем ты? Боже мой, какая чепуха! Если уж и говорить об этом, то все совсем наоборот! Это я для вас недостаточно хороша, и вы обожаете мне на это указывать.

Билл покачал головой.

– Ты думаешь, что всегда права. Существует только твоя точка зрения и ничья другая. Я не раз видел, как ты снисходительно усмехаешься, глядя на мою родню, – если Люси слишком энергична, если мама говорит про сад, или еще что-то в этом роде.

– Вовсе нет!

– Да, Карен. Фло ты считаешь чудачкой. – Билл стал говорить тише. – А она самый чудесный человек, какого я знаю, только ты не желаешь это видеть. Ты считаешь всех нас снобами, однако заметь, моя сестра не пользуется кондиционером для волос и не делает маникюр. Так что сноб – ты, Карен. – У Билла порозовело лицо. – А если мы обсуждаем прочитанную книгу или просмотренный фильм, да что угодно, имеющее хоть отдаленное отношение к культуре… я видел, как ты к этому относишься, Карен. С глубоким вздохом, как будто считаешь всех нас компанией законченных идиотов. Всех, кто интересуется чем-то интеллектуальным, ты считаешь неудачниками.

– Нет, Билл, – возразила Карен, боясь, что в голосе сквозит презрение. – Просто было бы неплохо, если хотя бы раз кто-то из вас не пожелал разговаривать о книгах, картинах или четвертом канале радио. Хотя бы раз.

Билл гневно выпалил:

– Значит, в данном случае мужчина, который зарабатывает на жизнь, жаря курицу с картошкой, – человек твоего уровня, да?

– Он прекрасный шеф-повар, ты… дурак! Мы с ним, по крайней мере, разговариваем! И смеемся! Мы с ним не сидели молча, ничего не делая, вечер за вечером! Он был со мной рядом, в то время как тебя никогда нет! У тебя только мистер Дил с этим заболеванием, миссис Купер с тем заболеванием… С отцом ты видишься два раза в неделю – и как раз в те дни, когда я возвращаюсь с работы.

На лице Билла застыло обиженное выражение, так хорошо знакомое Карен.

– Папе хуже всего по вечерам. Особенно если мамы нет дома. Ты не понимаешь.

– Потому что ты мне никогда ничего не рассказываешь! – У Карен сорвался голос. – Ты любишь быть нужным, Билл. А я!.. Ты мне нужен, я твоя жена…