Лана Барсукова - Счастье ходит босиком

Титры, прикрывающие грудь женщины, уверяли, что она профессор, доктор каких-то там наук. Потом женщина пропала с голубых экранов, а вместо нее появились стройные столбики цифр. От профессорши остался только голос, которым она поясняла цифры.

Обратите внимание, призывала она зрителей быть бдительными. Мы выяснили, что жители деревень чаще горожан моются в банях, но реже ходят на квесты, поделилась она сокровенным.

Людмилу Ивановну этот факт заинтересовал. Она что-то подобное предполагала. Правда, не знала, что такое квесты, но приятно было получить подтверждение своей компетентности в том, что касается устройства общества. Людмила Ивановна почувствовала непроизвольную симпатию к социологическим опросам.

А женщина умной наружности, вернувшись на экран, сказала, что по субъективному чувству счастья россияне едины, не сильно различаясь в разрезе города и деревни, что неопровержимо доказывает единство нации. Людмила Ивановна и тут с ней согласилась. И то правда, пенсия везде одинаково скромная, с чего бы счастью различаться. С какой это стати?

Потом камера наехала на женщину-профессора, показав совсем близко. Ее лицо приобрело ободряющее выражение с легкой ноткой соблазнительности. Удерживая такое выражение лица, она предложила всем, кто хочет поработать интервьюером, записать номер телефона. И начала диктовать. Руки Людмилы Ивановны зашарили в поисках карандаша. Она не знала, что такое интервьюер, для нее это слово было того же порядка, что и квест. Но Людмила Ивановна верила, что такая умная женщина плохого не предложит, доктор наук, как-никак. Образование, казалось, гарантирует порядочность. К тому же слово «интервьюер» явно связано с социологическими опросами, к которым Людмила Ивановна почувствовала внезапное расположение. И главное – в кои-то веки ей предлагали не отдать деньги в какой-то фонд, а получить. Прибавка к пенсии подмигнула Людмиле Ивановне чрез прорезь цифр, записанных на скатерти под диктовку профессорши.

И она позвонила. Тут же, пока не начался сериал. На том конце провода ее как будто ждали. Поинтересовались ее возрастом, образованием, состоянием здоровья. И резюмировали: «Ну что же? Молодая пенсионерка с незаконченным высшим. Вы нам подходите. Приходите на инструктаж, там и познакомимся поближе. Записывайте адрес». Людмила Ивановна, потрясенная легкостью, с которой ее судьба сделала неожиданный пируэт, дрожащими от волнения и предвкушения новой жизни пальцами записала адрес.

Пока шел сериал, Людмила Ивановна размышляла, стоит ли надевать на встречу шляпку, которую она хранила, водрузив на литровую банку, на антресоли в прихожей. Решила, что стоит. Когда, как не сейчас? Куда, если не туда? Там же сплошные социологи, почти небожители. Они знают все про страну, про людей, а значит и про нее, Людмилу Ивановну, молодую пенсионерку с незаконченным высшим образованием. Параллельно она ухватывала сюжет сериала, раздражаясь на его длинноты. Ей не терпелось примерить шляпку. Наконец-то муж разобрался с любовником, возлюбив его как брата, и они вдвоем наказали отчима. Финал показался пресным по сравнению с накалом реальной жизни. Будущее игриво жонглировало буквами, из которых складывалось слово «интервьюер».

И вот в назначенное время в шляпке, очищенной от пыли, Людмила Ивановна подошла к зданию, которое ее немного разочаровало. Небожители в таких не живут. Приземистое, облицованное плиткой, оно напоминало контору какого-нибудь строительно-монтажного управления. Зданию явно не доставало шарма.

Поднявшись по ступенькам крыльца и потянув на себя тугую дверь, молодая пенсионерка предстала перед бдительным, хоть и ленивым взором охранника. Но говорить ничего не пришлось. Только кивать.

– На инструктаж?

Кивок.

– По записи?

Второй кивок.

– Этаж знаете? Комнату?

Третий кивок. От частых кивков шляпка предательски накренилась.

В указанной комнате собралось человек восемь напряженных женщин в границах пенсионного возраста. Видно было, что они весьма приблизительно представляли себе, что их ждет. Слова «инструктаж» и «интервьюер» манили и пугали одновременно, поэтому глаза их были затуманены мечтательной поволокой, а губы испуганно поджаты.

– Здравствуйте, – попыталась завязать разговор Людмила Ивановна, как только вошла.

– И вам того же, – весело подхватила та, что сидела около окна. Она показалась самой доброжелательной, – меня Нелей зовут, если что.