Камен Калчев - Генеральная проверка

12 сентября «мягкие перчатки» уже были сняты. В результате арестов в подвалах и полицейских участках набралось две тысячи коммунистов. Такой цифрой могут хвалиться только генералы. Но политики считали, что «голова гидры не отсечена, упустили ее на Петроханском перевале, а сейчас бахвалятся своей победой». Глупости! Он, Цанков, не для того пришел к власти, чтобы обеспечивать прибыли каких-то там бездельников, которые постоянно защищают интересы своих лоскутных партий, забывших про 10 августа, когда они поклялись вместе сотрудничать и тем самым заложили основы Демократического сговора. С такой коалицией трудно одолеть коммунистов и земледельцев. Хорошо, что во главе армии и полиции встали два генерала, хотя и их приходится постоянно подгонять и читать им письмо Муссолини, в котором тот поздравлял их всех с наступившей новой эрой… Эти генералы, так же как и третий, Лазаров, который постоянно рвался выступать и срывать овации кубратистов, были все-таки самой надежной опорой, несмотря на его сдержанное к ним отношение. Знает ли он, о чем думают они вечером, читая молитву перед тем, как лечь в постель?

Профессор оглядел кабинет и увидел у двери советника по гражданским делам. Тот стоял, почтительно склонив голову.

— Генералы здесь, господин премьер!

— Пусть войдут! — приказал профессор и поспешил сесть в кресло, чтобы выглядеть посолиднее. Пусть знают генералы, что он — первая скрипка в этом государстве, а не они! «После его величества, конечно», — мысленно поправил он себя.

Профессор был вконец раздосадован. Возможно, причиной этому были мысли, от которых он никак не мог отделаться с самого августа. В первые дни после 9 июня, пока не стабилизировалось положение, пока не подавили многочисленные мятежи, пока ему не поднесли голову Стамболийского, напряжение было оправданным. Но чтобы спустя три месяца после этого вновь возвратились его старые тревоги о власти (в ноябре предстояли выборы!), этого он не мог простить своим сотрудникам, особенно тем, в чьих руках были ключевые министерства. Ведь их предупредили о мятеже еще в июле, когда сообщили о прибытии в Болгарию Васила Коларова и когда Георгий Димитров начал публиковать свои пресловутые статьи о Едином фронте… Резолюции коммунистов превращались в дела. Они не бросали слов на ветер. Он знал их еще с юношеских лет, когда придерживался, левых взглядов и искал свою дорогу в политике… Знал их достоинства, силу ударов по классовому противнику и не мог примириться с мыслью, что дал им возможность ускользнуть из Софии! Чего стоят сейчас те две тысячи коммунистов, когда этих нет! Власть! А кто держит власть в этом государстве?

Генералы бодро вошли в кабинет. Особенно этот — Русев!.. Поэтому он решил говорить с ними на «вы» и держать их немного на расстоянии.

Профессор указал им на кресла, пригласил сесть.

— Господа, — обратился он к ним, — я вызвал вас для того, чтобы услышать ваше мнение относительно событий в Южной Болгарии…

— Мой друг, мятеж в городах Стара-Загора и Нова-Загора подавлен! — прервал его Русев. — Так что все в порядке.

Профессору стало неприятно от слов «мой друг», и поэтому он обратился к военному министру Вылкову, который держался не так фамильярно, и спросил его:

— Что скажете вы, господин Вылков, о мятеже, который готовится в Северо-Западной Болгарии? Какова обстановка в гарнизонах Врацы и Видина? Могут ли они выдержать массированный удар коммунистов? Имейте в виду, что коммунистическое движение в этом крае сильное и до сих пор не пострадало.

Сказав это, он подумал о 28 августа, когда его освистали в Лопушанском монастыре и оставили говорить перед десятью местными полицаями. Воспоминание об этом наполнило его еще большей ненавистью к этим вычищенным и подтянутым генералам, понацеплявшим себе на грудь ордена.

— Известно ли вам все это? — повторил профессор.

— Да, мой друг, все это известно болгарской полиции. Но для паники нет причин!

— Я рад, генерал. А известно ли болгарской полиции, что во Врачанском округе вот уже несколько лет действует Георгий Димитров в качестве народного представителя и что окружным организатором в этом крае является поручик запаса Гаврил Генов? Слышала ли полиция об этом отъявленном коммунисте?

— Естественно.

— А знает ли она, что сегодня этот Генов выехал во Врацу вместе с Василом Коларовым и Георгием Димитровым? Каким образом можно было пробрался через Петроханский перевал, минуя столько военных и полицейских застав? Где были ваши люди, господа? — Он поднялся с кресла и стал прохаживаться по кабинету.