Илья Штемлер - Коммерсанты

Женя Нефедов — двадцатисемилетний гуманитарий с университетским образованием — чувствовал себя достаточно уверенно в той смуте, что охватила страну. Чем больше рушились некогда устойчивые связи между различными производствами, тем нужнее оказывалась маленькая контора на пятом этаже в доме на Карповке. Женя Нефедов, несмотря на все свои старания оставаться в тени, превращался в значительную фигуру нового бизнеса. Это пугало. Наслышался о напастях, которым все чаще и чаще стали подвергаться деловые люди.

Успокаивало лишь то, что «Катран» избегал заводить отношения с частными предпринимателями, не дразнил гусей, как говорится. Старался работать чисто, без разборок в арбитражах и банках. Только так и можно будет пережить смутное время.

С другой стороны, оставаться на месте, не пытаться пробовать себя в иных формах предпринимательства означало неминуемую гибель. Все началось с пустякового разговора с Геной Власовым, одним из отцов учредителей известной в городе фирмы «Крона». Ребят из «Кроны» Нефедов знал еще со времен работы молодежных научно-производственных центров при обкоме комсомола. И еще раньше, со студенческих развеселых шабашек. Так вот, Гена Власов как-то поведал о сделках «Кроны» по казеину с некоторыми зарубежными странами. Признаться, до этого Нефедов имел о казеине такое же представление, как о черных дырах во Вселенной. Но поговорил со сведущими людьми, навел справки и понял, что на казеине можно неплохо заработать. Ненавязчиво, исподволь он подвел своего закадычного приятеля Гену Власова к мысли, что получать наличными от «Катрана» в шестизначных цифрах куда выгодней, чем иметь свой паевой процент от «Кроны». После недолгих колебаний Гена Власов сломался и передал Нефедову все, что знал об условиях поставок казеина в Польшу и Финляндию. Остальное было уже делом техники, дорогие подарки, ужин со «съемными» девочками в ресторане «Турку» — ребятам с молокозаводов Самары и Тулы было все равно кому продавать казеин: «Катрану» так «Катрану».

В свое время «Катран» отлично заработал на перехвате у «Кроны» заказа барнаульцев. Память о той операции вселяла в Нефедова уверенность в удачливости своей планиды в играх с «Кроной», фактор для впечатлительного и слабонервного бывшего гуманитария немаловажный. А тут еще замерцало на горизонте новое искушение, и тоже по наколке опьяненного большими. деньгами Гены Власова, — дело касалось перехвата у «Кроны» крупной партии алюминия.

Перспектива расширения фирмы, казалось, ломилась в обшарпанные двери бывшей коммунальной квартиры, что арендовал «Катран». При таком развороте событий долго таиться нельзя. Нефедов это понимал и тяготился.

В тот злополучный день он отвез дочку в детский сад и ехал на фирму по обычному своему маршруту. Вскоре после поворота на проспект Непокоренных его перегнала светло-коричневая БМВ с затемненными окнами. Нефедову показалось, что этот автомобиль стоял неподалеку от входа в детский сад. Впрочем, можно и ошибиться, в последнее время появлялось все больше и больше иномарок. Нефедов и сам намеревался пересесть в какой-нибудь «мерседес» или в тот же БМВ, но не хотел засвечиваться.

Они шли по одной полосе — БМВ и нефедовский красный «жигуленок». Нефедов решил разменяться и свернул ближе к поребрику. Тотчас туда переместилась иномарка. Нефедову это не понравилось, до перекрестка оставалось метров сто пятьдесят… Дальнейшее происходило в сжатые неосмысленные мгновения — Нефедов увидел высоко поднятый зад иномарки, что возник перед самым радиатором «жигуленка», слепые стоп-сигнальные фонари. Нефедов ударил по тормозам… Тут же двери иномарки распахнулись, и к «жигуленку» подбежали двое парняг: один, с вислым животом под широкими полами пиджака, — явный кавказец, второй — светлый, высокий, в водолазке и спортивной кепи на голове.

— Ты что, козел?! Пьян, что ли? — проорал кавказец и пнул ногой в двери «жигуленка».

— Извините… но у вас не горел стоп-сигнал, — залепетал Нефедов, приспуская стекло. — Честное слово… не горел сигнал.

— Почему же он должен гореть, если я не тормозил?! — продолжал орать кавказец. — Ты просто гнался за мной как бешеный и налетел на меня, сука постыдная. Вылезай!

— Пожалуйста, я выйду, — выбираясь из машины, Нефедов уже видел, что никакого вреда иномарке столкновение не причинило. Все цело — и бампер, и фонари. Да и свой «жигуль» не пострадал… Да было ли столкновение? Коснулись, и только.