Эми Тан - Долина забвения

@@

Из всех цветочных сестер больше всего я любила Волшебное Облако, поэтому я всего один раз проследила за ней и ее покровителем. Она с такой важностью рассказывала о мебели в своей комнате, что я каждый раз заливалась смехом. Она заявляла, что деревянная двуспальная кровать была вырезана из цельного ствола дерева, которое было больше, чем весь наш дом, но я находила на ней стыки между досками. Золотая парча на кушетке для курения опиума якобы была подарком от одной из наложниц императора: Волшебное Облако заявляла, что она ее сводная сестра, и притворно обижалась, когда я говорила, что не верю ей. Она утверждала, что одеяло у нее сшито из шелковых облаков и взмывает в воздух от малейшего дуновения, но сколько бы я ни дула, оно не двигалось с места. У нее также в комнате стоял простой стол династии Мин, на котором лежали четыре драгоценности рабочего кабинета [10] Широко распространенное в позднеимперском Китае образное выражение: под четырьмя драгоценностями подразумевались кисть, бумага, тушь и тушечница. (Прим. пер.) — атрибуты образованных людей, которым воздавал должное каждый из ее клиентов, пусть даже сама она никогда не входила в число тех, кто получил достойное образование. Она говорила, что эти предметы были собственностью самого поэта-призрака. Больше никто не осмелился их взять. Я не верила в духов, но мне стало неспокойно, когда она настояла на том, чтобы я внимательно рассмотрела эти предметы: чернильницу из пурпурного дуаня, [11] Самые известные тушечницы изготавливаются из камней, добытых на реке Дуань, что в городе Дуаньси провинции Гуаньдун. Поэтому их называют чернильницами «дуань». (Прим. пер.) кисти из мягчайшего овечьего волоса и бруски туши с вырезанными на них сценами в саду дома ученого. Она подняла бумажные свитки и сказала, что они впитывают в себя столько чернил, сколько нужно, и отражают именно столько света, сколько необходимо. Когда я спросила, может ли она писать стихи, она ответила: «Разумеется! Иначе для чего мне все это?»

Но я-то знала, что она, как и многие куртизанки, едва умела читать и писать. Золотая Голубка настаивала на том, чтобы у всех куртизанок в комнатах лежали драгоценности кабинета ученого. Они поднимали репутацию дома, ставили его выше других. Волшебное Облако рассказала мне, что поэту-призраку особенно нравятся ее сокровища, гораздо больше, чем те, что лежат в будуарах других куртизанок.

— Я знаю, что он любит, потому что в прошлой жизни он был моим мужчиной, — пояснила Волшебное Облако. — И я была его любимой наложницей. А когда он умер, я покончила с собой, чтобы воссоединиться с ним. Но даже на небесах общество разделило нас. Его жена не позволила мне видеться с ним и устроила так, что он переродился раньше меня.

Я не верила в призраков, но безумные речи Волшебного Облака тревожили меня.

— Он пришел ко мне в первую же ночь, когда я здесь появилась. Я почувствовала, как холодное дыхание овеяло мои щеки, и поняла, что пришел поэт-призрак. Раньше я бы выскочила из собственной кожи и убежала бы без оглядки, случись со мной что-то подобное, но на этот раз, вместо того чтобы от ужаса стучать зубами, я почувствовала, как по венам растекается блаженное тепло. Я ощутила его любовь, такую сильную, какую больше никто мне не дарил. Той ночью мне снилась прошлая жизнь, и я проснулась самой счастливой на свете.

Она говорила, что поэт-призрак навещает ее как минимум раз в день. Она чувствовала его присутствие, когда заходила в его бывшую художественную мастерскую или когда сидела в саду возле его стелы. И неважно, насколько в этот момент она была подавленной, сердитой или грустной — она сразу же испытывала радость и легкость.

Когда облачные красавицы узнали о ее призрачном возлюбленном, они испугались и разозлились на нее за то, что она выпустила призрака. Но они не могли ничего сказать ни против нее, ни против ее любовника-призрака — ведь он когда-то был владельцем особняка и мог отомстить тем, кто обидит его возлюбленную.

— Ты можешь его увидеть? Или почувствовать? — всегда спрашивали цветочные сестры, когда видели, как Волшебное Облако внезапно расцветает улыбкой.

— Сегодня перед самым закатом, — отвечала она, — я видела его тень, и она нежно скользнула сквозь меня, — она провела по своей руке двумя пальцами.

И затем я тоже увидела тень и почувствовала, как по коже пробежал холодок.

— О, да ты тоже его чувствуешь! — заметила Волшебное Облако.