Эми Тан - Долина забвения

На следующий день Розовое Облако пожаловалась Золотой Голубке, что я подсматривала за ними и что из-за меня ее кавалер чуть было не потерял к ней интерес. Золотая Голубка рассказала об этом матери, которая, в свою очередь, тихо сказала мне, чтобы я не нарушала уединение красавиц и не мешала им работать. Я поняла это так, что в следующий раз нужно быть осторожнее, чтобы не попасться.

И когда появилась еще одна возможность, разумеется, я ее не упустила. В таком возрасте увиденное совершенно не возбуждало меня в сексуальном плане. Скорее, меня будоражило то, что мои жертвы очень смутились бы, узнав, что я за ними подглядываю. Я и по-другому проказничала: подсматривала за мужчиной, который мочился в ночной горшок, оставила жирное пятно на платье куртизанки, за что она очень на меня ругалась, и устроила еще несколько шалостей. Однажды я заменила серебряные колокольчики на брачном ложе жестяными банками, и когда мужчина запрыгал на женщине особенно сильно, вместо мелодичного звона они услышали грохот и лязг. Совершая очередную шалость, я знала, что поступаю плохо, но в то же самое время чувствовала себя бесстрашной, что вызывало у меня радостное возбуждение. А еще я знала, как на самом деле облачные красавицы относятся к своим поклонникам и покровителям. И это знание давало мне тайную силу, которую я пока не могла использовать, но ценила ее не меньше, чем безделушки в своей шкатулке для сокровищ.

Но несмотря на все свое озорство, у меня никогда не возникало желания подсмотреть за матерью с ее любовниками. Мне было противно даже представить, что она позволит какому-то мужчине увидеть себя без своих прекрасных одежд. А вот к красавицам цветочного дома я таких чувств не испытывала. Я видела, как они извиваются на диване, как мужчины смотрят им между ног, как куртизанки стоят на коленях, склоняясь над пенисом клиента. Однажды ночью я видела, как грузный мужчина вошел в комнату к Воздушному Облаку. Его звали Процветающий Ян, и он владел несколькими фабриками — на одних производили швейные машинки, а на других женщины и дети за ними работали. Он нежно поцеловал ее, а она задрожала в притворном смущении. Он что-то тихо сказал, и она, широко распахнув серые глаза, которые наполнились слезами, скинула одежды. Он заслонил ее собой и навис над ней, как темное облако, и у нее на лице отразился страх — словно она боялась, что он насмерть задавит ее. Он навалился на девушку, и их тела стали дергаться, напоминая выброшенную на берег рыбу. Она отталкивала его, трагически всхлипывая. А потом их ноги переплелись, будто змеи. Мужчина издавал резкие животные звуки, а она пронзительно вскрикивала, как вспугнутая мелкая птичка. Он вскочил на ее зад и стал скакать на ней, будто куртизанка была его пони, а он ехал на ней рысью. Потом мужчина обмяк и отвалился от нее, а она лежала рядом с ним и не двигалась. В окно струился лунный свет, под ним ее тело сияло белизной, и я подумала, что куртизанка умерла. Я почти час наблюдала за ней, и наконец она с зевком очнулась от предсмертного забытья и потянулась.

Этим же утром я услышала, как во дворе Воздушное Облако рассказывала другой цветочной сестре, будто Процветающий Ян говорил, что она ему очень дорога, что он будет ее покровителем и однажды может даже жениться на ней.

То, что я увидела ночью, внезапно показалось мне опасным и отвратительным. Мать и Золотая Голубка несколько раз упоминали, что когда-нибудь я выйду замуж. Мне всегда казалось, что замужество станет одной из моих многочисленных американских привилегий, и, в отличие от куртизанок, я могла быть уверена, что оно мне гарантировано. Но я никогда не думала, что «замужество» может сопровождаться тем, что я подсмотрела в будуаре Воздушного Облака. И я не могла перестать думать об этом. Увиденное неожиданно всплывало перед глазами, и мне становилось плохо. Несколько ночей подряд у меня были кошмарные сны. В каждом из них я была на месте Воздушного Облака и в ожидании лежала на животе. За прозрачным пологом кровати показывался темный силуэт мужчины, и через мгновение он — Процветающий Ян — уже откидывал полог, наваливался мне на спину и начинал скакать на мне, словно на пони, ломая все мои кости. А когда он заканчивал, я оставалась лежать, холодная и неподвижная, словно мрамор. Я хотела шевельнуться, как Воздушное Облако, но не могла, и мое тело все больше остывало, потому что я была мертва.

После этого случая я больше никогда не подсматривала за облачными красавицами.