Мария Садловская - Нелюбимая

— Ну, рассказывай, в каком виде он вчера пришел? — Заметив, что девушка смущенно оглядывается, поспешила добавить: — Говори, не стесняйся. Лиза и Рая все знают.

— Да все нормально, тетя Капа! Виктор Андреевич не был пьяным. Только он… как бы это сказать — изменился очень. Иногда кажется, будто и не он вовсе!

Капитолина Ивановна с надеждой в голосе заметила:

— Может, даст бог, Платончик его отвлечет. Будем надеяться! — Помолчав, добавила: — И пока бережем ребенка, чтобы не узнал о смерти Оленьки. Играем в одну дуду — мама отдыхает в санатории!

Зашел Виктор Андреевич. Его лицо было выбрито, от чего проступила еще больше худоба, одежда — в порядке. Поздоровавшись, спросил у Надежды:

— Я могу к Платоше зайти? Мы еще с ним не виделись.

— Да, Виктор Андреевич, идите. Ему уже пора подыматься. На вопрос о маме мы с вами договорились, как отвечать!

Капитолина Ивановна утвердительно бросила вслед Виктору:

— Тогда и позавтракаете вместе с Платошкой!

Надя наспех допила чай и поспешно вышла, на ходу сказав:

— Пойду посмотрю, как там ребенок.

Они почему-то сидели на полу, друг против друга. Платошка торопливо рассказывал папе о своих занятиях в поездке:

— Знаешь, папа, там в деревне очень много работы. Мы с Володей каждый день работали! Бабе Анюте помогали.

Зашедшая в комнату Надя, с облегчением увидевшая мирную картину, смеясь, спросила:

— И что же именно вы сделали такого, что помогли бабе Ане?

— А помнишь, калитку починили? Она висела на какой-то веревочке и болталась. Володя там что-то прикручивал, а я все время держал. Знаешь, как тяжело было держать? А Володя мне говорит: «Ты мужик или кто? Держи!»

Мальчик держался за папину руку и, заглядывая ему в глаза, спешил обо всем рассказать:

— А еще Володя учил меня забивать гвозди правой рукой. Но Надя не разрешила, сказала, что я «левша». Правда, Надя?

— Правда, — ответила Надежда и поторопила ребенка: — Платон, быстренько умывайся, приводи себя в порядок и — в столовую! Сегодня ты будешь с папой завтракать.

Виктор Андреевич поспешно поднялся с пола, взглянул на часы, поморщился, но, встретив тревожный, вопросительный взгляд Надежды, согласно кивнул.

Надежда заметила, что Виктор так же пытливо, как и она, вглядывается в мальчика, ожидая тяжелого вопроса: «Где мама?» Но ребенок вел себя обычно, разве что из его речи исчезло слово «мама»… И Надя запаниковала. Она чувствовала, так продолжаться не может, что-то надо делать!

Они еще раз переглянулись с Виктором Андреевичем. В его глазах светилась тревога, и девушка попыталась успокоить, шепнув:

— Попробую сегодня поговорить с Платошкой.

После завтрака Виктор уехал на работу, пообещав сыну вернуться сегодня пораньше и дослушать его рассказы о поездке.

Надя, напомнив мальчику, что его постель еще не убрана после сна, пошла с ним в его комнату. Платоша давно был приучен самостоятельно убирать свою постель и игрушки, чему очень радовалась Оля…

Оли не будет больше никогда! Надо к этому привыкнуть. А сейчас — спасать ребенка. Это — ненормально, что он не спрашивает о маме!

А Платошка говорил, говорил… Казалось, он боится остановиться. Убирая постель, потянул подушку, из-под нее выпала уродливая тряпичная кукла. Когда-то он попросил ее у Нади, еще спросил, почему она такая некрасивая… Сейчас смущенно держал ее в руке, затем, подняв куклу, все-таки спросил:

— А к этой девочке точно папа вернулся? — И жадными глазами глядел на Надю, ожидая ответа.

«Очень опасная тема! Если вернулся папа — а где мама?!» В голове Надежды ударили в колокол!

Она поспешно выдернула куклу из рук мальчика и, как могла, легко ответила:

— Платоша, я уже не помню! Это же была сказка. Давай, быстрее одеваемся — и во двор. У нас сегодня очень много занятий. Ты еще с дедушкой должен встретиться. И Тузика надо покормить.

И Надя также принялась говорить, говорить… Потому что боялась. Вопрос о маме висел в воздухе. Он витал между нею и ребенком. К тому же у девушки непроизвольно глаза налились слезами. Изо всех сил Надежда держалась, чтобы они не потекли по щекам…

Устав, она в конце концов замолчала и, понурив голову, обреченно подумала: «Будь что будет».

А ребенок взял ее за руку. Совершенно неожиданно. Второй рукой погладил по щеке…

— Я знаю, почему ты плачешь… Потому что мамы нет… Мама села в тот же самолет, что и бабушка Зоя. Помнишь, я ночью кричал маме, чтобы она не садилась в испорченный самолет? А она не услышала и села. Они теперь вместе с бабушкой. — Ребенок на время замолчал, затем рассудительно, по-взрослому, продолжил: — Не плачь! Я и папе скажу, чтобы не плакал. А то он видишь какой? — Мальчик решительно поднялся и деловито добавил: — Пойдем в столовую, возьмем еды для Тузика!