Джо Хилл - Пожарный

Завершив работу, дьявол отложил молот и поднял свежевыкованный инструмент: огненное копье, трезубец из чистого пламени высотой с него самого.

За дымовой завесой кто-то запричитал. Харпер в жизни не слышала в голосе такого отчаяния. Это был вопль человека, оплакивающего собственную душу.

В голове пронеслись одна за другой несколько мыслей – как цепочка фейерверков.

Первая: перед ней театр теней. Как он это делает – непонятно, но принцип один: точно так же маленький мальчик светит фонарем на руку и показывает слона на стене спальни.

Вторая: если бежать, то сейчас. Все это не продлится долго.

Третья: Джону тоже надо бежать. Закончить представление и сматываться. Дыма и неразберихи было уже достаточно, чтобы заключенные незаметно перебрались через дамбу.

Четвертая мысль – и последняя: возможно, он вообще не переживает о том, успеет ли убежать. И никогда не переживал. Возможно, опасность быть схваченным и убитым не страшит его, а заводит.

Харпер на четвереньках вскарабкалась на дамбу, опираясь на замшелые гранитные блоки.

Она выпрямилась в густом облаке дыма. Сразу сообразила, что лучше не вдыхать глубоко, но горло и ноздри все равно саднило. Если нагнуться, становилось полегче, но ненамного.

Харпер побрела сквозь тучу. Видно было только асфальт прямо под ногами – и все. Дальше все тонуло в плотном дыму.

Из-за облака дыма послышались новые звуки: несколько человек раздавали команды и перекрикивались, подбадривая друг друга.

В толщу дыма ударила струя воды, направленная в горящую грудь дьявола. Сатана моргнул, поднял руку, закрывая лицо; трезубец затрепетал и на мгновение стал похож на гигантский лом-хулиган.

Пожарный удивленно вскрикнул где-то в дыму. Сталь звякнула и задребезжала.

Сатана, качнувшись, повернулся и уронил огненный трезубец. Потом прикрыл крыльями тело, спрятался, съежился и исчез.

Люди с пожарным шлангом продолжали поливать облако дыма. Брызги пролетали рядом с Харпер. Капли шипели, и облако начало менять цвет и вид – из грязно-черного оно становилось сырым и бледным: не дым, а пар.

Харпер поняла, что произошло. Они достали его, вот в чем дело. Мощнейший удар воды сбил Пожарного с ног.

Не раздумывая, Харпер кинулась в облако – в ту сторону, где в последний раз слышала голос Пожарного.

Снова раздались крики – теперь ближе. Голоса приближались к ней. Нет – они приближались к Пожарному.

Харпер наступила на что-то – металлический лом, звякнувший на асфальте, – и, пошатнувшись, выпрямилась. Хулиган. В тумане послышался шум. Кого-то рвало.

Пожарный с трудом поднялся на четвереньки. Каска слетела с головы, и волосы промокли насквозь. Он сгорбился, рыгнул, и его вырвало потоком воды.

– Джон! – позвала Харпер.

Он поднял голову. Измученные глаза смотрели удивленно.

– Какого хрена вам тут надо? – спросил он.

Поднявшись на колени, он покачнулся и открыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел. В дыму, слева от него, появилось нечто странное.

Какое-то жукомордое чудовище надвинулось на них из дыма. Скользкие блестящие глазки сверкали во мгле, а рот был большой и нелепый. В остальном оно было похоже на человека в униформе пожарного и сапогах по колено. Чудовище поставило черный сапог Пожарному между лопаток и толкнуло. Джон уткнулся лицом в землю.

– Ах ты, мразь, – сказало чудовище – пожарный, настоящий пожарный в противогазе. – Я достал тебя, сукин сын.

Джон начал подниматься на четвереньки. Но человек в противогазе ударил его ногой по ребрам, от этого ладони и колени Джона разъехались.

– Конец тебе, недоносок, – сказал человек. – Сукин сын… Ребята! Ребята, я поймал его! Я поймал этого засранца!

Он снова ударил Пожарного в бок, почти перевернув его.

Харпер отчетливо поняла, что через пару секунд к человеку в противогазе прибегут приятели и забьют Пожарного до смерти.

Она нагнулась и схватила хулиган…

…и уронила его, взвизгнув от неожиданной боли. Харпер ошеломленно взглянула на ладонь. Уже начали вздуваться волдыри. Хулиган был горячим, как раскаленная кочерга.

Крик Харпер привлек внимание человека в противогазе. Он перевел на нее мутный, ужасный взгляд и ткнул в ее сторону пальцем в перчатке.

– Ты! Давай, мать твою, на землю! Сиськами вниз, руки, мать твою, за голову! Живо, мать твою…

Джон поднялся с гневным криком, обхватил человека в противогазе за пояс и попытался повалить. Единственное, чего он добился, – сдвинул противника на несколько шагов, прежде чем человек в противогазе, который был на шесть дюймов выше и на сотню фунтов тяжелее Джона Руквуда, начал толкать его обратно.