Майк Телвелл - Корни травы

Выслушав историю и тщательно записав приметы вора и описание его тележки-грузовика, констебль, прихватив с собой Айвана, отправился по известным ему стоянкам тележек. К великому удивлению Айвана, их сопровождала немалая толпа: люди не нашли лучше способа скоротать этот день, чем узнать конец этой истории. Они говорили о нечистоплотности «всех этих парней-возчиков» и увлеклись игрой в «если б я был судьей»: кто придумает самое оригинальное и болезненное наказание для вора и ему подобных. С Айваном и констеблем во главе процессии они посетили парк, рынок, железнодорожный вокзал, торговые центры, где возчики со своими тележками ожидали заказов. Но среди них не оказалось ни проходимца, ни его тележки.

Уже почти стемнело, когда Айван, голодный, падая с ног от усталости, натерший мозоли и приунывший духом, дотащился до Милк Лэйн. Он увидел узкую пыльную тропинку, с обеих сторон ограниченную высокими железными оградами, за которыми располагались дворики и арендуемые комнаты, жилье городской бедноты, которой повезло чуть больше других. Переулок был слабо освещен. Из-за оград доносился гул разговоров, звуки музыки в радиоприемниках, запахи еды — время близилось к ужину. Расположившись за столом под одним-единственным уличным фонарем, компания молодежи громко играла за столиком в домино.

Бвай! Я поверить не могу, что еще утром был во дворе у бабушки. Не может быть, чтобы столько случилось за один день. Маас Натти, Дадус, Мирриам — они уже так далеко, словно в другой стране. Все это уже история. Ммм, кто-то жарит рыбу — как вкусно пахнет! Бвай, если бы я был в деревне, бабушка приготовила бы уже ужин, — где же ты, бвай? Дураком прикидываешься, словно не знаешь, что бабушка умерла... И жизни той больше нет, конец ей пришел…

Кажется, это и есть нужное место… Точно, оно самое. Интересно, мама сейчас здесь? Так вот где, оказывается, она живет. У нее, должно быть, найдется что-нибудь поесть. Бвай, как я устал! Сколько миль я протопал сегодня, а? Крута дорожка и горяча, Господи. Ботинки к тому же жмут, аж ноги обжигают. Но это точно здесь — спрошу-ка у этих бваев.

Айван, на которого игроки не обращали внимания, едва волоча ноги, направился в их сторону. Парни чуть старше его чувствовали себя легко и непринужденно, громко кричали и смеялись. Их поведение и остроты, сама аура принадлежности к городскому вечеру поставили Айвана в тупик. Особенно высокий черный парень, который в своих черных очках казался еще чернее. Это явно был вожак; с бородкой и в лихом черном берете, с золотой серьгой в ухе, он оказывался центром всех разговоров, своим громким повелительным голосом и броским стилем игры выделяясь среди остальных. На Айвана он произвел сильное впечатление. Я и не думал, что мужчины могут носить кольца в ушах и никому нет до этого дела! Без сомнения, это может быть только плохой человек. Крышка стола так и подпрыгивала, когда парень в залихватской манере выставлял костяшки.

—Хэй! Ты такую игру когда-нибудь видел? — хвастался он. — Сколько у тебя осталось?

—Две штуки.

—Две? Правда? А у твоего партнера? Вижу-вижу, но я не проиграю, не проиграю, черт побери! — Он держал все костяшки в одной ладони, а другую ладонь угрожающе занес над головой, словно уже знал свой следующий ход. Медленно поворачивая голову, он изучал расклад костяшек на столе, «читая и считывая» с явной озабоченностью.

—Эй, не знаете, здесь ли живет эта женщина? — робко спросил Айван, протягивая бумажку с адресом мисс Дэйзи.

Высокий парень быстро бросил взгляд на бумажку и, не отрывая глаз от костяшек, с видом крайне занятого человека указал в сторону цинковой ограды напротив.

—Через этот двор, туда. — От Айвана он отделался одним коротким жестом. — Мой ход, да? Все, я вышел. Ях! Ях! Ях! — С намеренной драматичностью и с триумфальным возгласом перед каждым ходом он выставил одну за другой все три оставшиеся у него костяшки.

Айван пошел своей дорогой. Так, значит, он все-таки нашел маму, которая, если верить этому парню, живет за цинковой оградой. В последние годы он редко ее видел. Узнает ли она его? Воспоминания Айвана о матери были отрывочными и расплывчатыми. По мере того как момент встречи приближался, он все больше переживал, какой прием его ожидает, и его одолевала тревога. А как рассказать ей о пропаже денег и «сувениров» от жителей нашей округи? Пройдя через ворота, он вошел в длинный двор, в центре которого стоял полуразвалившийся дом, который, казалось, строили как-то стихийно, несогласованно, без предварительного плана, по частям, насколько позволяли материалы и случай. Средняя часть, деревянная, выглядела совсем старой. Другая, тоже деревянная, была поновее. С обеих сторон их стискивали пристройки из бетонных блоков, несомненно, самые последние по времени.